Тема 9. Фашизм и неофашизм

1.      Общая характеристика фашизма

Одним из результатов Первой мировой войны можно считать фа­шизм[1] массовое политическое движение и идеологию, одной из об­щепризнанных характеристик которой являются крайний национа­лизм и экспансионизм. В чем причина успеха фашистской идеологии?

Прежде всего, следует отметить, что любая идеология не возника­ет и не формируется в социальной пустоте, а возникнув, становится ответом на, определенный социальный заказ и выполняет определен­ные социальные функции. Идеология фашизма появляется в опреде­ленных условиях, на вполне определенной социальной и политической почве. И такой почвой становится ситуация крайней политической и социальной дестабилизации. Причем характерно, что сама социаль­ная реальность описывается в идеологии фашизма в категориях кри­зиса. Важнейшие симптомы социально-политической нестабильности известны:

Ø   социум распадается, а это значит, что ослабевает социально-культурная традиция как последнее интегрирующее общество начало;

Ø   власть утрачивает легитимность, доверие общества, наблюдает­ся эсхатологический всплеск (ожидания конца света, распространение мистики и веры в иррациональное) как «симптом начинающегося ком­муникативного отторжения населением власти (ее делегитимации) и других общественных структур, симптом и переживание распада»;

Ø   происходит невиданная активизация оппозиции и маргинальных политических движений, в то же время партийная система и полити­ческая система в целом переживают глубокий кризис;

Ø   после   Первой   мировой   войны   многие   заговорили   о   кризи­се   европейской   либеральной   и   рационалистической   цивилизации (О. Шпенглер, X. Ортега-и-Гассет, М. Ван дер Брук):

Ø   зародился «великий страх» перед революцией в России;

Ø   возникает ситуация распада общественных ценностей (ценност­ный вакуум), явление, которое Э. Дюркгейм назвал «аномией», а пси­хоаналитики — «фрустрацией сознания».

По Р. Дарендорфу, «причиной возникновения фашизма являлись не долина слез, не крах центральной власти и даже не глубокое разоча­рование большинства населения в обещаниях демократии. Более важ­ный фактор - подъем, национализма, связанный не с установлени­ем нации-государства, а скорее со стремлением к этнической однород­ности и отторжению чуждых элементов».

С.М. Липсет квалифицировал фашизм как экстремальное по­литическое выражение нижнего среднего класса с его темами антикапитализма и антиколлективизма — своего рода «экс­тремизм центра», направленный против крупного капитала и мощного рабочего движения. В Германии значительная часть среднего клас­са, не сумевшего обрести свою идентичность и разработать собствен­ный общественный проект «светлого будущего», подпала под влияние фашизоидных тенденций. Таким образом, средний класс «веймарско­го образца» из возможного стабилизатора демократического общества, расколовшись (или до конца не сложившись), превратился в его разру­шителя. Национализм стал тем «реактивом», под воздействием которого консервативные ценности среднего класса трансформировались в праворадикальные.

Таким образом, идеология фашизма пред­ставляет собой ряд идеологических конструктов, которые актуализируют недовольство, предписывают решения и оправдывают изме­нения. Одна из ее основных задач — интерпретация структурной напряженности и массового общественного недовольства, по­родивших движение. В рамках идеологической доктрины идентифи­цируются виновные (расово или этнически определенные) за то поло­жение вещей, которое порождает массовое недовольство, определяет­ся ситуация, причем в ценностных категориях «правого и виноватого», «добра и зла», и направляется действие на борьбу с выявленным злом. Таким образом, идеология служит опосредующим звеном между недо­вольством (не имеющим ясного адреса) и целенаправленным действи­ем и потому столь значима в процессе этнополитической мобилизации.

Можно выделить следующие основные составляющие идеологии фашизма:

1)   формулировка целей и предпосылок движения;

2)   критика наличного социального порядка;

3)   обоснование целей и существования движения (так называемая защитная доктрина);

4)   представления о тактике и политике движения;

5)   мифы движения.

Основанная на генерализированных убеждениях идеология фа­шистских движений в целом носит квазирелигиозный характер. В ее основе лежат три убеждения, которые служат «символами веры» дви­жения:

во-первых, постулируется уверенность, что достижение целей фа­шизма приблизит наступление «царства справедливости» на земле;

во-вторых, требуется слепая вера в реальность достижения постав­ленной цели;

в-третьих, в основе фашистской идеологии лежит вера в то, что движение выполняет священную миссию (в нацистском варианте — установление мирового господства высшей, арийской расы).

Квазирелигиозный характер идеологии и монополия на исти­ну, устанавливаемая после прихода движения к власти, становятся предпосылками создания культа «святых, героев и мучеников» дви­жения.   Квазирелигиозный характер идеологии выражается и в «священной литературе», где «содержатся основные идеологемы и мифы движе­ния, которые в символической форме, далеко расходящейся с реаль­ностью, излагают его судьбу, рисуют общество будущего. К сакральной литературе относятся жизнеописания и собственные со­чинения «избранных» («Mein Kampf» А.Гитлера (1927 г.), «Миф XX века» А. Розенберга (1930 г.), «Доктрина фашизма» Б. Муссолини и произве­дения официального философа (итальянского) фашистского режима Дж. Джентиле): чтение этих книг было практически обязательным для всех (поэтому уже в 1934 г. в Германии вышло 42-е издание «Ми­фа XX века» тиражом 203 тыс. экз., а в 1936 г. — 184-е издание «Mein Kampf» тиражом 2,2 млн экз.).

2.      Особенности национал-социализма

Центральной идеей в фашистской и национал-социалистской идео­логии была идея сакральной нации/расы и государства. Нация, соглас­но программе Фашистской партии Италии, «это не просто сумма инди­видов, живущих в определенное время и на определенной территории. Нация — это высшая ценность и непреходящее единство, она является организмом, содержащим в себе бесконечные ряды прошлых, настоя­щих и будущих поколений. Отдельный индивид в этой исторической панораме является лишь преходящим моментом и только силой этого единства может быть освобожден от ограничивающих его времени и пространства и достичь чисто духовного существования, при котором его ценность как человека состоит в самопожертвовании, в отрицании собственных интересов вплоть до самой смерти... Государство являет­ся юридическим воплощением Нации. Политические институты явля­ются эффективными лишь постольку, поскольку национальные ценно­сти находят там свое выражение и защиту. Государство должно быть защитником и пропагандистом национальных традиций, чувств и воли».

Не случайно Роджер Гриффин в книге «Природа фашизма» пи­шет, что фашизм (фашистская идеология) представляет собой развиваемую в связи с представлением о национальном возрождении форму популистского ультранационализ­ма. То есть он фашизм относится к таким национализмам, которые ставят идею или интересы нации над всеми дру­гими ценностями и интересами. Особенность же фашизма Р. Гриффин видит в том, что ультранационализм здесь выступает в связке с иде­ей возрождения, восстановления и обновления или фактически — с идеей национальной революции. Национал-социалисты, как и итальянские фашисты, активно использовали в пропаганде революци­онную лексику. Например, Й. Геббельс заявлял в речи, произнесенной 15 ноября 1935 г.: «Смысл революции, которую мы произвели, заклю­чается в том, что немецкая нация заново родилась как народ».

Однако лидер национал-социализма следующим образом объяс­нил смысл этого понятия: «Национальный социализм для нас — это „Германия, Германия превыше всего!"». А в речи, произнесенной в 1937 г. в рейхстаге, А.Гитлер раскрыл кредо национал-социализма: «Краеугольный камень программы национал-социализма — в том, что­бы упразднить либеральное понятие индивида, равно как и марксист­ское понятие человечества, и поставить на их место понятие народного сообщества, укорененного в почве и соединенного узами крови». Рево­люционность такого национализма связана, прежде всего, с методами достижения поставленных целей: борьба, ведущаяся любыми средства­ми, стала его основным принципом.

На данный стержень (признания сверхценности «нации» и «расы») нанизывались другие идеологические постулаты:

1)  признание вечной борьбы наций и рас за выживание и за «жиз­ненное пространство»;

2)  ненависть к «плутократическим демократиям», захватившим по­сле Первой мировой войны командные позиции в мире и ввергшим «нации-пролетарки» (Б. Муссолини) и побежденные нации в пучину бедствий;

3)  наукообразное обоснование национального и расового превос­ходства, «призвания фашизма» очистить мир от заразы пацифизма и демократии, марксизма и интернационализма — претензия на своего рода «морально-культурную революцию».

Обосновывались и пути достижения данных целей:

Ø  националь­ная дисциплина и порядок;

Ø  безусловное подчинение человека госу­дарственному / национальному интересу (см. нацистский лозунг «Ты ничто — народ твой всё!»);

Ø  непоколебимая верность духовному во­ждю нации;

Ø  воспитание (выведение породы) нового человека.

Идеологи нацизма делили расы на три основных вида: «расы-господа», «расы-кули» и «расы-паразиты». У А. Гитлера соответственно: «культуро-основывающие», «культуро-получающие» и «культуро-разрушающие» расы.

Кулътуро-основывающая — это арийская раса, и прежде всего самое ценное ее ответвление — нордическая раса. Арийский народ — «это Прометей рода человеческого, божья искра гения постоянно теп­лилась на его лучезарном лике; он постоянно, всякий раз заново, воз­жигал этот огонь, который в виде знания освещал ночь. (...) Завое­вывая, он подчинял себе людей низшей расы и предписал им труд под своим начальством, руководствуясь своей волей и сообразуясь со сво­ими целями. Но, установив для них полезный, хотя и тяжкий, труд, он не только сохранял жизнь своих подданных; он, быть может, стал для них лучшей судьбой, чем та, на которую они были обречены, когда наслаждались тем, что называлось их древней „свободой". Утвердив свое непреклонное нравственное господство, он был не только господи­ном, но и хранителем цивилизации, которая продолжала развиваться. (...) Если разделить человечество на три вида: тех, кто создал ци­вилизацию, тех, кто ее сохранил, и тех, кто ее разрушил, то только арийцев можно отнести к первому виду. (...) Если допустить их ис­чезновение — непроглядная тьма опустится на землю; в считанные ве­ка человеческая цивилизация исчезнет и мир превратится в пустыню».

«Арийская раса» — термин вполне условный, обозначающий у наци­стов фактически лишь активную, энергетическую, творческую часть населения, которая в разных пропорциях присутствует в западноев­ропейских народах.

Культуро-получающие расы — это часть населения Западной Европы и большая часть цветного населения Азии и Африки, в том числе японцы (для которых после создания оси «Рим — Берлин — То­кио» нашли почетное наименование — «арийцы Азии»), а также восточно-балтийское, восточноевропейское и среднеазиатское население СССР. В то же время восточно-балтийский тип, распространенный среди северных русских, финнов, карел, мордвы и коми, иногда рассматри­вался немецкими антропологами как вариант нордической расы.

Считалось, что восточноевропейская раса обладает следующими характеристиками: она «заурядна», «неблагодарна», неспособна к са­мостоятельной государственной организации, с трудом приводится в действие государственными мужами, так как склонна к упорствованию. Уров­ню ее сознания соответствует «направляемое развитие». Кроме того, она склонна к «демократическим мечтам о равенстве, ибо не может возвыситься над средним уровнем». Эту оценку русских в 1990-е гг. почти дословно повторят прибалтийские и украинские националисты, не ссылаясь, естественно, на первоисточник.

Кулътуро-разрушающие расы это прежде всего евреи. Наци­сты не говорили о евреях как о низшей расе наряду с неграми и ара­бами. Напротив, они подчеркивали, что евреи дальше всех ушли от первобытного состояния. Другое дело, что для нацистов евреи — это раса со знаком минус, раса-антипод. «Еврейский народ, по Гитлеру, не удовлетворяет изначальному условию, являющемуся наиболее су­щественным для цивилизованного народа: у него нет идеализма... он представляет собой тип паразита, любителя поживиться за чужой счет, который этакой вредной бациллой постоянно распространяется все дальше и дальше, как только появляется благоприятная почва, готовая его принять. Там, где он закрепляется, народ, который его принял, рано или поздно приходит к вырождению... Он отравляет чужую кровь, а свою бережет от смешения.. . чтобы скрыть свои коз­ни и усыпить бдительность своих жертв, он не переставая говорит о равенстве всех людей без различия их расовой принадлежности, цве­та кожи... Его цель, как кажется, заключается в том, чтобы улуч­шить положение трудящихся, на самом же деле смысл его бытия в том, чтобы довести до рабского состояния, а затем уничтожить все народы нееврейского происхождения. Всеми доступными сред­ствами пытается он обрушить основы, на которых покоится раса народа, который он хочет покорить».

Таким образом, все расы находятся в состоянии постоянной и жесточайшей борьбы. Эта борьба — первичный стимул, «первотол­чок» исторического развития, становления государств, государствен­ной жизни вообще, культурного прогресса. Это универсальная и ко­нечная инстанция, к которой сводятся буквально все явления — исто­рические, социальные, политические, экономические и др.

3.      Разновидности фашизма

В фашистской Италии место учения о борьбе рас занимало уче­ние о борьбе «империалистических и пролетарских наций». Основы идеологии итальянского фашизма были заложены движением интер­венционистов (т. е. сторонников вступления Италии в Первую миро­вую войну). Именно на интервенционистские позиции перешел Б. Мус­солини, главный редактор газеты итальянских социалистов — «Аванти!», исключенный за это из партии.

Итальянский фашизм базировался на элитарных идеях Платона и Гегеля, на концепции «органистского государства», оправдываю­щей агрессивные действия власти во имя блага преданного ему на­селения. Культивировалась идея воссоздания Великой Римской им­перии.

Одна из основных идей итальянского фашизма - идея корпора­тивного государства, которая исходит из того, что человек может выразить себя как гражданин, только будучи членом группы. В кор­поративной системе экономика организуется контролируемыми государством ассоциациями труда и капитала, где все трудятся в со­гласии под руководством однопартийной диктатуры.

С 1920 г. Б.Муссолини представлял Италию как «проле­тарскую» страну, эксплуатируемую враждебными «плутократически­ми» государствами, которые упорно не признают за ней права на за­конное место под солнцем. В то же время фашизм стремился преодо­леть «узкие границы классовых интересов»: все классы итальянско­го общества должны подчинить свои частные интересы государствен­ным и сотрудничать в противостоянии внешнему врагу. Подлинная классовая борьба, согласно фашистской доктрине, это борьба меж­ду нациями-государствами. Как утверждал Б.Муссолини, «лучшая жизнь возможна только в том случае, если сильные правят слабыми; стремление же к экспансии — демонстрация жизнеспособности нации». Для обоснования своих империалистических претензий итальянские фашисты «воспользовались правовым преемством античного римско­го государства, они считали, что их предназначение — восстановить Римскую империю.

Нечто подобное доктрине итальянского фашизма предлагалось в этот период для обоснования империалистической экспансии в Япо­нии. Вот что писал радикал-националистический идеолог и революци­онер Кита Икки в книге «Очерк реконструкции Японии» (1924 г.): «Как классовая борьба внутри нации ведется ради исправления неравенства, так и война между нациями за правое дело призвана ис­править существующие несправедливые различия. Британская импе­рия — миллионер, владеющий богатством по всему миру; Россия — ве­ликий землевладелец, занимающий северную половину земного шара. Япония с ее разбросанной на окраине группой островов — страна про­летариата, и она имеет право объявить войну крупным монопольным державам. Социалисты Запада противоречат самим себе, когда при­знают право пролетариата на классовую борьбу у себя дома и в то же время осуждают войну, ведущуюся пролетариатом между нациями, как милитаризм и агрессию... Если допустимо, чтобы рабочий класс объединился ради свержения несправедливой власти посредством кро­вопролития, то следует выразить безусловное одобрение и тому, что­бы Япония усовершенствовала свою армию и флот и вступила в вой­ну за исправление несправедливых международных границ. От имени разумной социал-демократии Япония предъявляет свои претензии на Австралию и Восточную Сибирь».

В то же время для этого периода характерно появление левого ан­тифашистского национализма, который был тесно связан не только с национальным, но и с социальным противостоянием.

Конкретно-исторические трактовки фашизма позволяют увидеть его политические очертания помимо названных государств также во франкистской Испании, Японии 1930-1940-х гг., Португалии при А. Салазаре, Аргентине при президенте Пероне (1943-1955), Греции кон­ца 1960-х, в отдельные периоды правления в Южной Африке, Уганде, Бразилии, Чили.

Его наиболее характерные черты зримо проявляют­ся в таких идейных разновидностях этой человеконенавистнической идеологии, как:

неонацизм (базирующийся на принципах расовой чи­стоты и идеале сверхчеловека);

национал-либерализм (сохраняющий те же идеи расистской богоизбранности и этнического гегемонизма, но более терпимо относящийся к индивидуализму и ряду других бур­жуазных ценностей);

неофашизм (в котором отсутствуют представ­ления об этническом мессианстве, но вместе с тем отрицается и философия индивидуализма; главное значение придается здесь иде­ям «почвы», народа, патриотизма, лежащие в основе «естественного государства» с «беспощадным правительством»).

В рамках такого подхода характеристика фашизма непосредствен­но связывается с описанием разного рода националистических и осо­бенно тоталитарных режимов. Так, французский теоретик С. Пэйн описывает фашизм как «форму революционного ультранационализ­ма», а немецкий историк А. Меллер исследует его как «персоналистскую форму тоталитаризма». Французский ученый П. Милза предложил даже учитывать несколько этапов в развитии и эволю­ции фашизма:

I — фашизм существует как форма кризиса экстре­мистских движений, захвативших часть мелкой буржуазии, кото­рая выступала против капитализма и крайне левых сил;

II — фа­шизм приобретает форму союза между крупной частной собственностью и мелкой буржуазией для захвата власти;

III — фа­шизм становится специфическим политическим режимом;

IV — ста­дия полного тоталитаризма.

Такая картина эволюции фашизма дает возможность более четко видеть угрозы, которые исходят от него особенно в переходных обществах. В них предпосылки фашизма непосредственно определяются отсутствием законов, направленных на борьбу с политическим ради­кализмом и экстремизмом (особенно в националистической форме), отсутствием целенаправленной, поддерживаемой государством про­паганды против крайних форм политического участия, благожела­тельным отношением к историческим фактам сотрудничества с пре­ступными режимами или политическими деятелями, распростране­нием мессионерских идей и концепций.

С другой точки зрения фашизм интерпретируется как идеология, не имеющая определенного идейного содержания и формирующаяся там и тогда, где и когда в идейных и практических устремлениях политичес­ких сил на первый план выступают цели подавления демократии, а жажда насилия и террора подчас заслоняет задачи захвата и использо­вания власти. Политическая линия такого движения неразрывно связа­на с утопическими идеями превосходства тех или иных расовых, этни­ческих, классовых, земляческих и иных групп общества, агрессивнос­тью политических требований, чертами национального милитаризма, апелляцией к низменным человеческим чувствам и предрассудкам. По­литическое оформление подобных идеологических учений и доктрин сопровождается отвержением демократии как системы власти, полным приоритетом национального кодекса нравственности над общечелове­ческими ценностями, безудержной демагогией в формировании обще­ственного мнения, насаждением культа вождя. В этом смысле фашизм предстает как ультрареакционная, антигуманистическая идеология, на основе которой складываются политические движения мобилизацион­ного типа, ориентированные на реализацию мифических идей и целей и прокламирующие непрерывную борьбу с врагами.

Таким образом, у всех идеологий, относящихся к фашизму, цели и задачи имеют антигуманистичес­кий характер, их роднит и сходство используемого в борьбе за власть политического инструментария. Поэтому от фашистского перерож­дения не застрахованы ни национальные, ни социальные, ни рели­гиозные, ни другие идеологии, утверждающие привилегированное положение «коренного населения», приверженцев «подлинной веры» и т.д. и предлагающие радикальные средства для обеспечения этим группам требуемого общественного статуса.

4.      Тоталитаризм как форма функционирования фашизма

Характерной особенностью фашистских государств является формирование тоталитарного государства и тоталитарного политического режима. «Психологическая» интерпретация феномена тоталитаризма представлена в работе основателя неофрейдизма Эриха Фромма «Бегство от свободы»(1941). Тоталитаризм с характерным для него отсутствием личной свободы, правовым произволом, культом вождя и насилием рассматривается автором как итог предшествующего развития европейской цивилизации Нового времени, на всем ее протяжении провоцировавшей возникновение невротических реакций и психических патологий. Э.Фроммом выделен своеобразный синдром «бегства от свободы», проявившийся в возникновении тоталитарных движений.

Первопричина синдрома, согласно Э.Фромму, состоит в разрушении на рубеже Нового времени существовавшей в средневековом обществе социальной структуры, придававшей человеку ощущение уверенности. Это обстоятельство изменило психологическую атмосферу, насыщая ее духом беспокойства, стимулировавшего «бегство от свободы» и массовое распространение в обществе черт «авторитарной личности»[2].

Приведенная схема проникнута критическим пафосом в отношении капитализма, но не может претендовать на исчерпывающий анализ причин возникновения тоталитарных движений. Отнюдь не повсеместно «бегство от свободы» завершилось установлением тоталитарных режимов.

В фундаментальном труде немецко-американского философа Ханны Арендт «Истоки тоталитаризма»(1951) впервые в политической науке тоталитаризм рассматривается как особый феномен ХХ века, отличный от традиционных, известных из истории деспотических форм правления. Исследование основано на концепции массового общества и сравнительного анализа нацизма и сталинизма.

В работе прослеживается формирование таких предпосылок немецкой разновидности тоталитаризма, как национализм, расизм и антисемитизм. Непосредственным же источником тоталитарных движений Х.Арендт считает процессы деклассирования общества, разрыва социальных связей и атомизации индивидов, резко усилившиеся после Первой мировой войны. Деперсонализированная толпа стала массовой опорой тоталитарных режимов, гарантом создания нового социального порядка становится секретная полиция.

Важнейшие сущностные характеристики тоталитаризма Х.Арендт видит в следующем:

во-первых, тоталитарное беззаконие является беззаконием особого рода, маскирующимся под конституционализм;

во-вторых, идеология в тоталитарных системах имеет мало общего с идеями или верованиями и скорее служит инструментом для манипулирования массами;

в-третьих, террор ставит целью не просто запугать  граждан, а разъединить их, изолировать каждого индивида, лишив его возможности объединяться с себе подобными.

В каноническом варианте (в виде набора основных признаков) концепция тоталитаризма представлена в работах Карла Фридриха, Збигнева Бжезинского и  Реймона Арона.

Первая попытка систематизировать признаки тоталитаризма была предпринята К.Фридрихом в статье «Уникальный характер тоталитаризма», вышедшей в 1954 г. Автор исходил из двух основных постулатов:

1) нацизм и коммунизм сходны в своих базовых характеристиках;

2) тоталитаризм не имеет исторических аналогов и представляет собой новое явление в сравнении с абсолютистскими и деспотическими режимами прошлого.

К.Фридрих признавал существенные различия между тоталитарными режимами фашистской Германии и Советского Союза (разные стадии развития экономики, несхожие национальные характеры, отличия в содержании идеологий и т.п.), но акцентировал внимание на тех аспектах, которые, по его мнению, являются общими для них:

1) официальная идеология;

2) единственная массовая партия;

3) контроль над средствами вооруженной борьбы;

4) технически обусловленный контроль над СМИ; 

5) система террористического полицейского контроля за населением страны.

К.Фридрих предостерегал против односторонности в трактовке тоталитаризма - сведения специфики режимов к индивидуальным особенностям, недостаткам и патологиям их вождей, к чертам национального характера и т.п. Он считал также неправомерным акцентирование отдельных предпосылок возникновения тоталитарных режимовэкономического кризиса, последствий Первой мировой войны и Версальского договора, разложения христианства и морального кризиса общества, «угрозы» коммунизма. По его мнению, только благодаря комплексному, многофакторному анализу феномена тоталитаризма возможно конструирование его адекватной модели.

Такой анализ тоталитаризма был осуществлен К.Фридрихом и З.Бжезинским в работе «Тоталитарная диктатура и демократия» (1956). Ими были названы шесть базовых черт фашистских и коммунистических режимов, которые в своей совокупности составляют модель тоталитарной диктатуры. Эти общие черты таковы.

1)           Развернутая идеология, охватывающая все жизненно важные стороны человеческого бытия, и которой предположительно придерживается все население. Эта идеология сфокусирована и спроецирована на некое совершенное конечное состояние общества.

2)            Как правило, вдохновляемая одним человеком единственная массовая партия, чье ядро безраздельно предано идеологии и готово всемерно содействовать ее распространению; партия организована по иерархическому, олигархическому принципу и либо стоит над бюрократической государственной организацией, либо неразрывно слита с ней.    

3)           Система террористического полицейского контроля, поддерживающего партию, но также и осуществляющего надзор за нею самой в интересах ее лидеров. Тайная полиция систематически использует современную науку и особенно психологию.

4)            Технологически обусловленный и почти всеобъемлющий контроль партии над средствами массовой коммуникации.

5)            Аналогичный почти полный контроль над вооруженными силами.

6)           Централизованный контроль и руководство всей экономикой посредством бюрократической координации ее ранее независимых составных частей; этот контроль, как правило, распространяется на большинство других общественных организаций и групп[3].

Авторы подчеркивали, что только сочетание всех шести основных формальных признаков позволяло характеризовать ту или иную диктатуру как тоталитарную. Таким образом, К.Фридрихом и З.Бжезинским впервые были сведены воедино основные черты тоталитарных общественных систем, в течение четверти века являвшиеся объектом дискуссии. Вместе с тем предложенная модель оказалась уязвимой для критики.

Отмечалось, что Италия по целому ряду параметров не дотягивала до подлинной тоталитарности, несмотря на то, что была родиной самих терминов «тоталитаризм» и «фашизм», входила в блок «стран оси» в период Второй мировой войны и имела вождя явно выраженного «тоталитарного» типа. Критики левой ориентации считали неправомерным объединение в рамках одной модели фашистских и коммунистических систем, ссылаясь на несовместимость идеологий. В ходе полемики выявилась нечеткость положения о распространении централизованного контроля на большинство общественных организаций и групп, поскольку в Италии такие институты, как церковь, монархия и в значительной степени армия сохраняли высокую степенно автономии даже в 1930-е годы.

Одно из новых определений тоталитаризма было предложено известным французским ученым Р.Ароном. Отметив, что феномен тоталитаризма, как и все социальные явления, может получить много определений, он  сформулировал следующие пять основных признаков:

1)               монопольное право одной партии на политическую деятельность;

2)               наличие у этой партии идеологии, получающей статус единственного авторитета, а в дальнейшем – и официальной государственной истины;

3)               исключительное право государства на силовое воздействие и средства убеждения;

4)               подчинение государству большинства видов экономической и профессиональной деятельности;

5)               политизация и идеологизация всех сфер жизни и возможных прегрешений человека и, как заключительный аккорд, террор, одновременно полицейский и идеологический[4].

Комментируя этот набор признаков, Р.Арон отмечал: «Определяя тоталитаризм, можно, разумеется, считать главным исключительное положение партии, или огосударствление хозяйственной деятельности, или идеологический террор.  Но само явление получает законченный вид только тогда, когда все эти черты объединены и полностью выражены»[5].

Большинство появившихся в 1970-1980-гг. определений тоталитаризма содержит весьма пространные описания этого феномена, представляющие собой детализированные варианты уже известных шести признаков базовой концепции, сформулированных К.Фридрихом и З.Бжезинским. Примером может служить перечень из тринадцати основных характеристик тоталитаризма, предложенных американским ученым Майклом Кертесом в работе «Тоталитаризм» (1980).

1)                Официальная и единственно существующая идеология или совокупность взглядов, которые общество обязуется исповедовать и которые становятся фундаментом создания нового типа политического и социального порядка и нового человека.

2)                Монополия на контроль не только над политической, экономической, социальной и культурной жизнью общества, но и над частной жизнью людей,  равно как и над их мышлением с целью подчинения всего общества.

3)                Использование террора, концентрационных лагерей и политической полиции для создания атмосферы полной подчиненности и постоянно существующей угрозы для отдельной личности.

4)                Иерархически построенная однопартийная система или режим, созданный на основе какого-либо движения, в котором полностью отсутствует понятие плюрализма в том смысле, какой в него вкладывают  демократы Запада.

5)                Подчиненность всех тех личных, общественных и коллективных интересов, которые могут содействовать развитию истинной природы отдельной личности.

6)                Как следствие вышесказанного, упор на централизацию власти, единство и интеграцию, при которых оппозиция и даже инакомыслие рассматриваются как преступление.

7)                Устранение каких-либо законных ограничений на действия тех, в чьих руках сосредоточена власть.

8)                Монополия на контроль над средствами массовой информации, над системами образования и культуры  с целью мобилизации общества.

9)                Отсутствие осмысленных свободных выборов.

10)            Монополия на контроль над вооружением и вооруженными силами.

11)            Отрицание права граждан на выезд за рубеж, а в отдельных случаях и на перемещение внутри страны.

12)            Централизованно планируемая экономика, в которой на процесс производства оказывают влияние внешние факторы, а потребление подлежит контролю в целях накопления инвестиционного капитала.

13)            Исключительность правителя-диктатора, чья личность может стать решающим фактором, определяющим природу данного режима.

Сформулировав  характеристики тоталитаризма, М.Кертис отметил   серьезные различия между нацистской Германией, фашистской Италией и сталинским режимом. Общие для тоталитарных режимов качества проявлялись в этих странах с разной интенсивностью. К Италии вообще не применим ряд  присущих тоталитаризму характеристик в связи с аморфностью фашистского движения, состоявшего из множества соперничавших между собой группировок и течений, высокой степенью автономии ряда институтов (монархия, церковь, частично армия). Трем странам понадобились разные сроки для завоевания контроля над политической сферой жизни, уничтожения реальной и потенциальной оппозиции, превращения террора в важнейшую характеристику властных отношений[6].

5.      Неофашизм

Неофашизм - термин, который применяют для обозначения некоторых праворадикальных организаций и движений в ряде государств мира, которые в политическом и идейном отношении являются преемниками фашистских организаций, распущенных после 2-й мировой войны. Неофашисты проявляют склонность к политическому экстремизму, используют террористические формы деятельности.

Стремясь нередко отгородиться в обстановке неблагоприятного для фашизма соотношения сил от скомпрометировавших себя фашистских движений прошлого, неофашисты выявляют на практике тем не менее свою идейно-политическую связь с формами фашизма, сложившимися между двумя мировыми войнами.

Важнейшие отличительные черты многих неофашистских политических течений и организаций крайний национализм, шовинизм, расизм, критика с ультраправых позиций правительств, действующих в рамках парламентской системы; применение насильственных, террористических методов политической борьбы.

Неофашизм враждебен гуманизму, культивирует иррационализм, часто использует фашистскую атрибутику (свастика, заимствованная у славянской культуры и тем самым скомпрометированную, чёрная униформа, фасции и др.) и ритуалы (приветствия посредством выброшенной вперед руки, факельные шествия и др.). Используя модифицированные (применительно к складывающейся политической обстановке) методы социальной и националистической демагогии, неофашисты пытаются охватить своим влиянием часть населения (в первую очередь мелких предпринимателей, среднее чиновничество, некоторые прослойки молодёжи и т. д.), выбитую из привычных условий жизни в результате обострения противоречий современного капиталистического общества.

Неофашистская идеология, воспринявшая основные постулаты классического фашизма, отвергается массовым сознанием и в це­лом не оказывает существенного влияния на духовную атмосферу демократических государств. Неофашисты представляют собой малочисленные маргинальные группировки, не имеющие широкой электоральной поддержки. Вместе с тем существует опасность фа­шистского перерождения национальных, коммунистических, рели­гиозных и иных идеологий, ориентирующихся на обеспечение привилегированного общественного статуса для некоторых соци­альных групп («коренное население», «авангард общественного прогресса») и предлагающих радикальные средства достижения этой цели.

Рост неофашистской угрозы стимулируется опасениями евро­пейцев по поводу возможной утраты своей национальной и культур­ной идентичности в связи с возросшими масштабами иммиграции в основном из афро-азиатских государств. Усиливающиеся антииммигрантские настроения подпитывают праворадикальные партии, стоящие на позициях крайнего национализма и шовинизма, близких к фашизму. В обстановке социальной напряженности, создаваемой иммиграцией, эти партии начинают обретать политический вес и статус акторов, которые играют заметную роль в ведущих европейских странах (Италия, Франция, Германия) и небольших государ­ствах.

Ксенофобия, агрессивный национализм, расистско-нацистские представления о праве на особое положение для одной националь­ной (русские) или этнической группы (славяне) занимают главное место в воззрениях российских ультраправых. Усилению этнофобских и псевдопатриотических настроений способствуют такие фак­торы, как «сжатие» страны и происшедшее ослабление ее позиций в мире после распада СССР, острейшее социальное неравенство, деградация культуры, дискриминируемое положение соотечествен­ников в постсоветских государствах, неконтролируемый приток мигрантов с Кавказа и из Центральной Азии, не стремящихся ин­тегрироваться в российский социум и нередко пренебрегающих его традициями и ценностями.

Неофашистские организации действовали и действуют в Германии, Великобритании, Франции, Австрии, США и других странах Запада. Некоторые из неофашистских группировок имеют международный характер. К таким относится, например, так называемая «Европейская рабочая партия», активист которой 28 февраля 1986 года убил лидера шведских социал-демократов, премьер-министра Швеции Улофа Пальме.

В настоящее время внутреннюю политику, схожую по мнению некоторых российских комментаторов с неофашизмом, проводят такие государства как Эстония и Латвия. В этих странах ежегодно проводятся «нацистские парады», парады ветеранов войск СС, награждаются ветераны войск СС, устанавливают памятники «фашистам», и сносятся памятники советским солдатам. 

В наши дни неофашистское движение, которое стало возникать сначала в Западной Европе, а на последующем этапе перенеслось в другие страны, распалось на две составные части. Одна — традиционалистский фашизм, то есть приверженность к старым формам, лидерам, утверждениям, ценностям, выводам и т. д. В Германии это было превозношение СС, Гитлера, попытка оправдать его политику, попытка ориентироваться на тексты. В Италии это была попытка превозносить Муссолини, традиции итальянского фашизма. В Западной Европе оно практически угасло.

Появился «модернизаторский» («ревизионистский») фашизм, который дистанцируется от своего предшественника, даже позволяет критику «классического» фашизма, но сохраняет некие его родовые черты: ориентация на национальность, на нацию как инвариант и основную движущую силу развития человеческого общества и активное неприятие всего того, что выходит за понятие нации, попытка решить социальные проблемы в рамках этих ценностей. Это направление одержало верх в результате конкуренции между традиционным, фундаменталистским фашизмом и новым фашизмом.

В 1990-х – 2000-х гг. в связи с ухудшением экономической ситуации в России, неконтролируемым миграционным процессам в границах бывшего СССР и неспособностью руководства страны противостоять идеологии и практике неофашизма и бытового национализма, получили распространение множество фашистских и полуфашистских организаций, как официально зарегистрированных так и нелегальных.

По мнению отдельных исследователей, к неофашистским в России относят такие организации: Народная национальная партия, Русское национальное единство, Славянский Союз, Движение против нелегальной иммиграции, Национал-социалистическая партия северокавказских братьев.

Мировое сообщество должно проявлять бдительность в отноше­нии идеологий, стремящихся обосновать превосходство одних групп над другими, препятствовать их распространению и реализа­ции ввиду создаваемой угрозы демократическим институтам. 

 

[1] Этимологически происходит от итал. fascismo (fascio - пучок, связка, объединение). Точный смысл понятия «фашизм» не определен и является объектом полемики. Отсутствуют четкие отграничения от других реакционных политических течений. В исследованиях и СМИ фашизмом называют проявления тота­литаризма в сочетании с идеей расовой исключительности, симпатии к нацист­ской символике и эстетике. Ввиду размытости смыслового содержания слов «фашизм» нередко используется для дискредитации политических противников.

[2] Фромм.Э. Бегство от свободы. М., 1990. С.59.

[3] Тоталитаризм: что это такое? (Исследования зарубежных политологов). М., 1993. Часть 11. С.88-89.

[4] Арон Р. Демократия и тоталитаризм. М., 1993. С.230-231.

[5] Там же. С.231.

[6]  Тоталитаризм: что это такое? (Исследования зарубежных политологов). М., 1993. Часть 11. С.119-126.

 

К оглавлению курса

На первую страницу