Тема 1. Предмет и особенности учебного курса

1.      Причины появления феномена «информационной войны»

Современные глобальные тенденции в области коммуникации демонстрируют совершенно новые результаты, практически недоступные в прошлом. Резко возрос объем информации, которую граждане стали получать вне контроля своих национальных правительств. Американский исследователь Пол Кеннеди констатирует: «Правительствам авторитарных государств становится все труднее держать свои народы в неведении. Чернобыль был быстро сфотографирован французским коммерческим спутником, а снимки быстро переданы на весь мир, включая и сам Советский Союз. Подавление китайским правительством выступления студентов на площади Тяньаньмэнь и шок, испытанный всем миром от этого события, сразу же потрясли и Китай благодаря радио, телевидению и телефаксу. Когда в конце 1989 г. рухнули коммунистические режимы в Восточной Европе, сообщения и видеосюжеты о падении одного из них стимулировали сходные процессы в соседних государствах».

Информация начинает нести в себе как созидательную, так и разрушительную силу, но гораздо в более сильной степени, чем это было ранее. Время изменило не столько суть информации, сколько интенсивность воздействия. Поменялись контексты ее применения (например, личное стало общественным, как это имеет место в случае известных людей или государственных деятелей). Одновременно возросла роль публичной информации в принятии политических решений, в результате чего сфера политики стала намного публичнее и намного более управляемой.

Новый термин — «информационная война» - по­явился в середине 1970-х годов, когда противостояние социалистиче­ского и капиталистического лагерей было в самом разгаре. Его придумал ученый-физик Томас Рон, который не только первым понял, но и научно обосновал, что именно информация является самым слабым звеном любой армии.

Понятие «информационная война» стало широко применяться в связи с бурным развитием информаци­онных ресурсов, информационных и телекоммуника­ционных технологий, электронных средств массовой информации, которые в настоящее время рассматри­ваются как высокоэффективные средства для дости­жения превосходства в научно-технической, военной, политической, экономической, социальной и духовной сферах жизни общества.

Инфор­мационные войны (ИВ) стали войнами «нового поколе­ния», использующими специальное структурирование информации, организацию ее подачи, манипулирова­ние, дозирование, коллажирование и т.д.

Приемы и методы, используемые для ведения такой войны, по­хожи на атомную энергию, которая может служить людям, а может быть использована для их массового уничтожения. Технологии информационных войн могут применяться как во зло, так и на благо. Все зависит от того, с какой целью ведется информационная война:

Ø  для самозащиты или

Ø  для подготовки враждебных действий против другого государства.

В первом случае механизмы информационной войны помогают обществу и каждому отдельному человеку ста­бильно развиваться, становясь его надежной опорой в жизни, а во втором — приводят к полному социальному упадку и разрухе.

Со­временная ИВ может вестись постоянно, анонимно и незаметно, в любой точке информационного прост­ранства, включая чужую территорию; объектом нападения здесь выступает культурное пространство противника, его сознание, и он долгое время может вообще не осо­знавать, что стал объектом нападения или управления извне. Все это обеспечивает значительную эффективность методов воздействия при минимизации потерь «агрессора», к тому же позволяя ему сохранять лицо мирного и цивилизованного государства.

Специфика нового «оружия» при современном качестве технологий и формировании единого информационного прост­ранства позволяет осуществлять информационные операции в глобальном масштабе. Тотальный инфор­мационный контроль обеспечивается специальной международной организацией BSA (Business Software association).

Приемы информационных войн к XXI веку стали намного изощрённые, а потому опаснее. Ведь се­годня те, кто планирует и осуществляет информационные атаки, вооружены современными знаниями в области психологии. Это позволяет им воздействовать на подсознание и таким способом управлять нашими поступками. На смену прямолинейной про­паганде приходит массовый гипноз, которому поддаются целые страны и народы. Методы, позволяющие достигать подобных результатов, возникали и совершенствовались на протяжении всей истории человечества, становясь все более эффективны­ми. Так, от шаманских плясок мы перешли к психотехнологиям, с помощью которых осуществляется скрытое влияние на по­ведение человека. Подвергнувшись подобному воздействию, вы даже не осознаете не только его цель, но и то, что оно вообще происходит.

Главная отличительная особенность современных психотехно­логий — они действуют на психику, минуя сознание. Из-за этого мы лишаемся возможности принимать взвешенные, логически обоснованные решения, а значит, теряем свободу воли. В резуль­тате вся наша жизнь, включая поведение, желания, эмоции и даже здоровье, оказывается под чужим контролем.

В тех случаях, когда информационное оружие пря­мо или опосредованно используется против психики человека (или социальной группы), речь должна идти об информационно-психологической борьбе. В конце XX в широкое распространение получили психотехнологии, основанные на новейших достиже­ниях психолингвистики, эриксонианского гипноза, НЛП. Все они отличаются высокой эффективностью информационного воздействия на подсознание чело­века.

Для психотехнологий, манипулирующих обще­ственным сознанием, характерны следующие особен­ности: 

1) фрагментация информационного потока состоит в подаче огромного количества информации единым потоком, так что какую-либо тенденцию уло­вить довольно сложно, а массовому потребителю практически невозможно;

2) метод семантического манипулирования, суть которого состоит в тщатель­ном отборе слов, вызывающих либо позитивные, либо негативные ассоциации и таким образом влияющих на восприятие информации («наш человек — разведчик, их — шпион» и т.д.). Признавая объективный харак­тер манипулирования, необходимо отчетливо осозна­вать, что расширение его масштабов ведет к деграда­ции мирового сообщества.

2. Информационное противоборство и информационно-психологическая война - к вопросу о соотношении понятий

Сам термин «информационно-психологическая война» был перенесен на российскую почву из словаря военных кругов США. Дословный перевод этого термина («information and psychological warfire») с родного для него языка— английского — может звучать и как «информационное противоборство», и как «информационная, психологическая война», в зависимости от контекста конкретного официального документа или научной публикации. Многозначность перевода данного термина на русский язык почему-то стала причиной разделения современных российских ученых на два соперничающих лагеря -

Ø  на сторонников «информационного противоборства»

Ø  и сторонников «информационной войны»,

несмотря на то, что, на языке оригинала это, по существу, одно и то же.

Вводя в употребление термин «информационно-психологическая война», американские ученые, как гражданские, так и военные, придерживаются традиционной для американской культуры прагматичной идеологии, ориентированной не столько на конкретные сиюминутные нужды, сколько на ближайшую перспективу: используя термин «информационная война», они формируют в сознании властных кругов и общественности в целом целевую установку на то, что в будущем эта форма отношений станет настолько развитой и эффективной, что полностью вытеснит традиционное вооруженное противостояние.

Американцы, хорошо изучив психологию человека и научившись ею управлять, уже не нуждаются, как прежде, в применении грубой силы - армии и полиции. Аналогичные способы подчинения могут быть применены к любой социальной системе. Если же социальная система не желает добровольно подчиняться, ее заставляют это сделать с помощью современных комплексных технологий информационно-психологического воздействия, причем для непокорной социальной системы результат такого противостояния будет равносилен поражению в войне.

Все чаще у американцев информационная война используется не столько как термин, обозначающий современную фазу развития конфликтных социально-политических отношений, сколько как вектор формирования внешней политики, как программа выбора политического курса и конечная цель эволюции инструментов политического управления. Тем не менее среди российских исследователей нет единого мнения относительно названия современных информационно-политических конфликтов: информационные войны или «информационное противоборство».

Значительная часть ученых придерживается следующей точки зрения: к информационному противоборству можно отнести любые формы социальной и политической конкуренции, в которых для достижения конкурентного преимущества предпочтение отдается средствам и способам информационно-психологического воздействия. Видно, что понятие информационного противоборства включает в себя весь спектр конфликтных ситуаций в информационно-психологической сфере — от межличностных конфликтов до открытого противостояния социальных систем. Информационно-психологическая война - это один из видов информационного противоборства.

Почему же возникла необходимость введения нового термина «информационно-психологическая война»? И с чем связана такая его живучесть? Существует несколько основных причин, благодаря которым этот термин так прочно вошел в научные труды и нормативные документы:

- во-первых, использование термина «информационно-психологическая война» применительно к сфере вооруженного противоборства подчеркивает все возрастающую роль психологических операций в современных войнах и локальных вооруженных конфликтах: современные войны все более становятся психологическими, напоминающими масштабную PR-кампанию, а собственно военные операции постепенно оттесняются на второй план и играют четко определенную и ограниченную роль, отведенную им в общем сценарии военной кампании;

- во-вторых, использование данного термина подчеркивает, что современные технологии психологической войны способны нанести противнику не меньший ущерб, чем средства вооруженного нападения, а информационное оружие, построенное на базе технологий психологического воздействия, обладает значительно большей поражающей, проникающей и избирательной способностью, чем современные системы высокоточного оружия;

- в-третьих, использование данного термина подчеркивает ту роль, которую начинают играть информационно-психологические операции в международной политике, вытесняя из политической практики или замещая в ней иные, более традиционные, формы политического регулирования, такие как война вообще и военные акции, в частности;

- в-четвертых, применение данного термина вызвано необходимостью подчеркнуть высокую социальную опасность некоторых современных организационных форм и технологий информационно-психологического воздействия, используемых в политических целях.

Информационно-психологическая война — это политический конфликт по поводу власти и осуществления политического руководства, в котором политическая борьба происходит в форме информационно-психологических операций с применением информационного оружия.

3.      Характеристика составляющих информационной войны

Под информационной войной понимается состояние проти­воборствующих сторон, при котором осуществляется активное информационное воздействие на информа­ционные ресурсы друг друга с целью получения опре­деленного выигрыша в материальной и интеллекту­альной сфере. В литературе встречаются различные определения ИВ, базирующиеся на понятиях «инфор­мационное оружие», «информационная пропаганда», «информационное воздействие», «инфор­мационная агрессия» и др.

Информация – универсальная субстанция, пронизывающая все сферы человеческой деятельности, служащая проводником знаний и сведений, инструментом общения, взаимопонимания и сотрудничества, утверждения стереотипов мышления и поведения.

Информационное воздействие – целенаправленное производство и распространение специальной информации, оказывающей непосредственное влияние (положительное или отрицательное) на функционирование и развитие информационно-психологической среды государства, психику и поведение политической элиты, населения;

Информационная пропаганда - разновидность информационного воздействия, в котором осуществляется преднамеренное воздействие на объект с целью оказания влияния на его ориентацию, намерения и действия. Применяется в целях:

Ø  изменения убеждений;

Ø  стимулирования элементов поведения, способствующих снижению (повышению) морально-психологического состояния;

Ø  ослабления эмоционально-волевой стойкости человека.

Информационная агрессия - действия, направленные на нанесение противнику конкретного, осязаемого ущерба в отдельных областях его деятельности.

Информационная война - открытые и скрытые целенаправленные информационные воздействия социальных, политических, этнических и иных систем друг на друга с целью получения определенного выигрыша в материальной сфере, направленные на обеспечение информационного превосходства над противником и нанесения ему материального, идеологического или иного ущерба.

Директор информационных войск Министерства обороны США В. Лакер определяет информационную войну следующим образом: «Информационная война состоит из действий, предпринимаемых для достижения информационного превосходства в обеспечении национальной военной стратегии путем воздействия на информацию и информационные системы противника с одновременным укреплением и защитой нашей собственной информации и информационных систем».

Признаки ИВ:

Ø    деятельность с целью нанесения ущерба государственным интересам;

Ø    тайные информационно-психологические операции как организационная форма такой деятельности;

Ø    применение информационного оружия

Главной целью ИВ является получение политичес­кого, военного, экономического и социального выиг­рыша за счет принуждения противной стороны при­нять решение, соответствующее намерениям другой стороны.

Для достижения своих целей противоборст­вующие стороны используют весь арсенал средств, которые способны воздействовать на информацион­ный и интеллектуальный ресурс противной стороны и позволяют манипулировать данными и знаниями.

Информационная война представляет собой всеобъемлющую, целостную стратегию, призванную отдать должное значимости и ценности информации в вопросах командования, управления и выполнения приказов вооруженными силами и реализации национальной политики. Информационная война нацелена на все возможности и факторы уязвимости, неизбежно возникающие в возрастающей зависимости от информации, а также на использовании информации во всевозможных конфликтах. Объектом внимания становятся информационные системы (включая соответствующие линии передач, обрабатывающие центры и человеческие факторы этих систем), а также информационные технологии, используемые в системах вооружений.

Информационная война имеет наступательные и оборонительные составляющие, но начинается с целевого проектирования и разработки своей «архитектуры командования, управления, коммуникаций, компьютеров и разведки, обеспечивающей лицам, принимающим решения, ощутимое информационное превосходство во всевозможных конфликтах». Как видим, это определение практически не затрагивает содержательных аспектов, а направлено на техническое обеспечение информационной составляющей армии.

Выросший в качестве потенциального плацдарма ИВ Интернет предоставляет для проведения войны все условия, откуда следует концентрация усилий на защите информационных сетей от несанкционированного проникновения. Рост мощи информационных механизмов современного общества усиливает его зависимость именно от этой его составляющей. Однако информационная война велась в мире и при отсутствии компьютеров.

4.      Предыстория информационных войн

Сама возможность применения каких-либо сведе­ний с целью дестабилизации ситуации, дезинформа­ции противника и т.п. была известна человечеству давно, например «36 китайских стратагем»[1] или «По­темкинские деревни»[2]. Из глубокой древности до нас дошли сведения о попытках дезинформировать противника, запугать его и подорвать тем самым боевой дух. Использовались слухи: войска, например, Чингисхана шли вслед за рассказами об их невероятной жестокости, что в сильной степени подрывало моральный дух их противников.

Применялся прообраз современных избирательных технологий при выборах в Древнем Риме. Моральный дух воинов поддерживался особой идеологией (типа известного высказывания «со щитом или на щите»).

Искусство управлять мыслями и поступками людей развивалось и использовалось как секретное оружие правителями Шумера, Вавилона, Древ него Египта, Китая, Древней Греции и Рима. В трудах Геродота, Плутарха, Юлия Цезаря можно встретить описание некоторых приемов, которые позволяют подорвать волю к сопротивлению, вызвать предательство или спровоцировать панику. Для этого распускались слухи о преобладающем числе своих войск и их непобедимости, о наличии нового мощного оружия, об измене, пленении или бегстве командования, о хорошем обращении с пленными и др.

Отдельные успехи в таких информационных войнах даже сейчас удивляют. Так, с помощью XI Олимпийских игр проведенных в Берлине в 1936 году, А.Гитлеру удалось создать во всем мире положительный образ нацистской Германии и завоевать немалую личную популярность. Даже несмотря на вызывающие политические действия, почти пять тысяч городов присудили фюреру звание почетного гражданина. К 1939 году 1133 улицы и площади по всему миру носили его имя.

Показателем успешности информационной войны, разверну­той А. Гитлером против человечества, является и распростра­ненность его главного произведения. До 1945 года книга «Майн кампф» была переведена на 16 языков, а ее общий тираж составил 10 миллионов экземпляров. На тот момент с этим «бестселле­ром» могли соревноваться по популярности лишь Библия и «Капитал»! Еще в начале 1930-х годов «Майн кампф» издавалась огромными тиражами в США, Дании, Швеции, Италии, Испании, Японии и т. д. В 1933 году книга вышла в Англии: всего за пять лет было раскуплено почти 50 тысяч экземпляров. Успешная пропаганда своих идей по всему миру дала А. Гитлеру широ­кие возможности для привлечения союзников — новых врагов СССР.

Однако именно в XX в. специ­альное и направленное использование информацион­ных средств и технологий с целью воздействия на со­знание людей и через него на содержание обществен­ной ситуации в целом постепенно приняло форму осо­бой войны, где средством поражения выступает «мяг­кое» информационно-психологическое оружие.

5.      Особенности информационной борьбы

Следует отметить такую важную особенность информационной борьбы, как неочевидность ее последствий для того, против кого она ведется. Е.В. Дергачева прогнозирует развитие военно-информационной составляющей военного потенциала страны по следующим направлениям: создание информационных средств вооруженной борьбы и разработка соответствующего логико-математического аппарата и программных средств. Она также говорит о таких типах информационного оружия: способы передачи ложной или искаженной информации и информационно-психологическое пропагандистское воздействие.

И.Н.Панарин акцентирует внимание на фор­мировании в современном мире глобального (всепланетарного) общества на основе развертывания информационной и телекоммуникационной революции. Формируется единое гло­бальное информационное пространство всей планеты, в котором развернулось геостратегическое инфор­мационное противоборство между ведущими страна­ми мира за достижение превосходства в мировом информационном пространстве.

Информационная борьба (противоборство) - форма борьбы сторон, представляющая собой ис­пользование специальных (политических, экономиче­ских, дипломатических, военных и иных) методов, способов и средств для воздействия на информацион­ную среду противостоящей стороны и защиты собст­венной в интересах достижения поставленных целей.

Основные сферы ведения информационно-психологи­ческого противоборства — политическая, дипломати­ческая финансово-экономическая, военная.

Геополитическое информационное противоборст­во - одна из современных форм борьбы между государствами, а также система мер, проводимых одним государством с целью нарушения информационной безопасности другого государства, при одновремен­ной защите от аналогичных действий со стороны про­тивостоящего государства.

Целью геополитического информационного противоборства является наруше­ние информационной безопасности другого государст­ва, а в ряде случаев целостности (устойчивости) системы государственного и военного управления других государств эффективное информационное воздейст­вие на их руководство, политическую элиту, системы формирования общественного мнения и принятия решении, а также обеспечение информационной безо­пасности.

Выделяют два вида информационной борьбы:

1) при информационно-технической борьбе главными объ­ектами воздействия и защиты являются информаци­онно-технические системы (системы связи, телеком­муникационные системы, радиоэлектронные средства и т. д.);

2) при информационно-психологической борь­бе главными объектами воздействия и защиты явля­ются психика политической элиты и населения проти­востоящих сторон, системы формирования общест­венного сознания, мнения и принятия решений.

Объектами воздействия в ИВ могут являться:

1) информационно-технические системы;

2) инфор­мационно-аналитические системы;

3) информацион­но технические системы, включающие человека;

4) ин­формационно-аналитические системы, включающие человека;

5) информационные ресурсы;

6) системы формирования общественного сознания и мнения, ба­зирующиеся на средствах массовой информации и пропаганды;

7) психика человека.

Главной целью ИВ является получение политичес­кого, военного, экономического и социального выиг­рыша за счет принуждения противной стороны при­нять решение, соответствующее намерениям другой стороны.

Для достижения своих целей противоборст­вующие стороны используют весь арсенал средств, которые способны воздействовать на информацион­ный и интеллектуальный ресурс противной стороны и позволяют манипулировать данными и знаниями. В частности, на базе информационных и телекоммуни­кационных технологий стало создаваться и использо­ваться информационное оружие.

Информационная война - это сложная система, которая со­стоит из нескольких взаимосвязанных элементов. В нее входят:

Ø    контроль над ситуацией;

Ø    защита информации и распространение своих идей;

Ø    информационный терроризм (хакерские атаки);

Ø    информационная блокада;

Ø    война в средствах массовой информации;

Ø    промышленный и экономический шпионаж;

Ø    другие методы и приемы.

Основными направлениями ведения ИВ являются:

поражение жизненно важных элементов информационного ресурса противника, имеющих ключевое значение для нормального функционирования его политических, военных, экономических, общественных и научно-технических структур, путем их уничтожения (искажения), а также дезорганизации работы программно-технических средств компьютерных сетей
информационно-телекоммуникационных  систем и т. п.;

установление скрытого контроля над информационными ресурсами противника для определения достигнутого уровня его развития, оказание сдерживающего влияния и перераспределения в свою пользу воздействия на общественное сознание, чтобы в конечном счете принудить противную сторону принять (воспринять) намерения, соответствующие интереса
другой стороны;

обеспечение информационной безопасности государства, общества и личности от всех видов информационного воздействия противника.

ИВ может носить открытый (явный) характер и скрытный (неявный) характер. Открытый, агрессивный характер процессы ИВ приобретают, как правило, в условиях «обычной войны» и служат для обоснования и прикрытия целей войны. В мирное время информационное воздействие обычно ведется длительное время и носит характер скрытого информационного противоборства. В ИВ порой трудно понять, «кто враг».

Современное информационное оружие — это опе­рирование системами представлений о мире, о чело­веке, о характере цивилизации и путях ее развития, о наиболее человечески значимых ценностях.

Инфор­мационные технологии позволяют расширять и усили­вать средства влияния на общественные настроения, помогают фундаментально управлять ими, направлять в нужное русло, меняя векторы потоков обществен­ной энергии. В задачи информационной войны входит внедрение в сознание ложных представлений об окру­жающем мире, с помощью которых производится ма­нипулирование общественным сознанием. Господст­вующими «высотами», овладение которыми обеспе­чивает успех, выступает система традиционных цен­ностей, идеалов и мифов, на которых строится непре­рывность и преемственность национальной культуры, чувство достоинства, возможность культурно-нацио­нальной самоидентификации. Подмена ценностей, за­мена традиционных культурных стереотипов мышле­ния новыми мифами силы и успеха, «равных возмож­ностей», «прав человека», «общечеловеческих цен­ностей» и т.п. порождает ощущение неустойчивости и растерянности, при котором еще более усиливается внушающее воздействие маскульта и рекламы. Сред­ства массовой информации вторгаются и в подсозна­тельные структуры человека, активно используя бе­зусловную символику, имеющую опору в глубинах подсознательного. Комбинация сознательных и под­сознательных воздействий образует устойчивые доми­нантные очаги культурной фильтрации воспринимае­мого, определяя видение мира и его оценку.

Диапазон информационного оружия весьма широк - от простого утаивания информации, имеющей важное значение, до операций над финансовыми потоками и информационных диверсий с применением специаль­ных «вирусов».

Особенностями ИВ становится то, что,

во-первых, она ведется в виртуальном простран­стве, где последствия и результаты не предстают ве­щественно-наглядно;

во-вторых, ее принципиальной методологией становится многоликий и многоуровне­вый обман, остро ставящий,

в-третьих, проблему уп­равляемости сознания, которая в таких масштабах была прежде неизвестна человечеству;

в-четвертых, «информацион­ную войну проигрывают навсегда, поскольку возможные шаги проигравшей стороны по изменению ситуа­ции, могут полностью отслеживаться, контролиро­ваться, а следовательно, и нейтрализоваться побе­дившей стороной».

Последствием ведения глобальной ИВ может стать то, что намеренно стимулируемые и расчетливо дозируемые негативно-разрушительные процессы в сфере сознания при потере управляемости ими спо­собны охватить общество, сделав человека культурно и духовно несостоятельным как перед лицом им же со­зданной сложнейшей техники, так и перед лицом все новых проблем стремительно меняющегося мира.

Од­ним из способов защиты от ИВ, в которой культура используется в чуждых ей и враждебных человеку це­лях, могло бы стать, прежде всего, восстановление спо­собности к адекватной самоидентификации, основан­ной на рациональном построении соответствующей картины мира.

Последствия ИВ могут быть самыми разнообраз­ными:

Ø  получение выгоды в политической, экономической, финансовой и военной сфере;

Ø  трансформация общественного со­знания;

Ø  дискредитация общественно-политических акций и «свободы слова»;

Ø  информационное прикры­тие политических, экономических и военных акций;

Ø  нарушение информационной безопасности государст­ва, общества и личности;

Ø  нарушение деятельности го­сударственных, финансовых и коммуникационных се­тей и информационных систем;

Ø  добывание конфиден­циальной информации и вскрытие системы доступа к электронным системам и сетям и т. п.

Если сравнивать информационную войну с другими ее видами, то сразу становятся очевидными выгодные отличия.

1.    Такие войны, как правило, ведутся на чужой территории. Для них не существует ни границ, ни моральных ограничений. Из-за этого информационные атаки способны проникать даже в самые запретные тайники психики, поражая разум противника.

2.    Информационная война не оставляет после себя следов. Чело­веку (или даже целому обществу) кажется, что он принимает самостоятельные решения, хотя на самом деле на него оказы­вается скрытое воздействие. По этой причине информационная атака становится особенно опасной: отразить ее очень трудно, не говоря уже о том, чтобы заранее к ней подготовиться.

3.    Информационная война очень выгодна с экономической точки зрения. Для ее ведения не требуется больших материальных и людских ресурсов. Чтобы влиять на общественное мнение, достаточно минимального объема информации. Если она будет грамотно подана, это даст прекрасные результаты.

4.   Особенности информационной войны определяются тем объ­ектом, на который она направлена. В данном случае речь идет о человеческом мышлении. Если разрушение моста требует «жестких» методов, то в случае с информацией вполне можно обойтись и «мягкими» подходами.

5.   Для информационной войны характерна определенная «ми­микрия», подражание тому объекту, на который направлено ее основное воздействие. Это означает, что одна и та же инфор­мация может быть подана по-разному для специализированных учреждений и для конкретного человека. Благодаря этому до­стигается «незаметность» целенаправленного информационно­го влияния, которое удачно «маскируется» под правду, а потому его трудно обнаружить.

6.   Одни и те же факты и общественные явления по-разному вос­принимаются в различных ситуациях. Например, массовое дезертирство солдат с точки зрения противника будет рассма­триваться как благо, а с точки зрения собственного командова­ния — как преступление.

7.   Информационная война ставит перед собой цель изменить ми­ровоззрение большой социальной группы или целого общества. Чтобы это произошло, «нападающая сторона» должна вникнуть в представления о мире своего противника, стать на его уровень мышления.

6.      Формат вооруженных конфликтов нового поколения (на примере войны в Ираке)

Проведенная США иракская операция была исключительно успешной формой реализации коммерческого проекта - за короткий срок административный контроль над огромной территорией перешел в руки союзного командования, которое теперь свободно распоряжается уцелевшей экономикой покоренной страны и богатейшими нефтяными месторождениями. Это позволяет сделать вывод, что ни одно из действий американского командования не было случайным — просто перед нами, внешними наблюдателями, разыгрывался хорошо срежиссированный спектакль, рассчитанный на то, чтобы держать в постоянном напряжении аудиторию, управляя ее эмоциями в интересах реализации собственной государственной политики. Действительно, в течение нескольких месяцев миллионы зрителей по всему земному шару заворожено следили за многосерийными сводками боевых действий в Ираке, который по своей популярности вытеснил даже знаменитые «мыльные оперы». При этом мало кто замечал, что ударные группировки союзников как будто позируют перед телекамерами, и в боевые действия вступают только тогда, когда уже заранее известен их пиар-эффект. Ничего лишнего, ни одного движения, не попавшего в кадр. Создавалось впечатление, что иракские бойцы в спектакле играют роль массовки, которую «экономно расходуют» так, чтобы хватило на следующие серии. Сам же сценарий компании строился так, чтобы обеспечить информационно-психологическое воздействие на американскую и международную общественность - аудиторию, следящую за войной с экранов телевизоров, - с целью обеспечения ее добровольного подчинения.

Такой сценарий, по сути, есть новая разновидность технологий информационно-психологического воздействия на сознание, в котором с реальностью работают так, как это делают с сюжетом журналистского репортажа. При этом собственно боевые действия становятся одной из сцен, предусмотренных сценарием, и теряют свою ключевую, самостоятельную, роль.

Наблюдая с экранов телевизоров за «странной» войной в Ираке, мир увидел появление войн нового поколения — информационно-психологических, в которых собственно боевые действия играют подчиненную сервисную роль, а план вооруженной кампании строится по правилам и в соответствии со сценарием пиар-воздействия на собственных граждан, на граждан политических союзников и оппонентов и на международное сообщество в целом.

Таким образом, мы можем со всеми основаниями говорить о том, что современный вооруженный конфликт развивается в жанре репортажа и по законам этого жанра, с тем чтобы генерируемые им новости своим форматом максимально близко соответствовали формату пиар-материала, необходимого для реализации технологий информационно-психологического воздействия. В результате такая цепочка производства (боевыми подразделениями вооруженных сил) и практической реализации (силами психологических операций) новостей с театра военных действий становится высокотехнологичным конвейером производства инструментов обработки и формирования общественного мнения, обеспечения добровольного подчинения, политического целеуказания и управления вектором политической активности элит, находящихся у власти в различных странах. Продукт современной операции информационно-психологической войны — это сводка новостей СМИ в формате журналистского репортажа.

Сегодня информационно-психологические войны нового поколения становятся эффективным инструментом внешней политики: пусть общество не обманывает то, что в репортажах с театра военных действий зрители видят, что жертвы агрессии — не они сами, а граждане Ирака или другой страны.

Цель любой информационно-психологической операции - добровольная подчиняемость общества, которая обеспечивается при помощи технологий психологического воздействия на сознание его граждан.

Пиар-компания, сопровождающая военные действия в Ираке, тому явное подтверждение — формат и характер вещания рассчитаны, в основном, на граждан тех стран, которые в той или иной степени негативно относятся к политическому курсу администрации США, при этом в преподносимых зрителям материалах несложно выявить типично манипулятивные приемы работы с информацией. Это позволяет говорить о том, что в информационно-психологической войне, которая велась в Ираке, под прицелом находились не только граждане этой страны, но и все мировое сообщество.

7.      Механизм информационно-психологической борьбы

Современная агрессивная информационно-психологическая борьба сама порождает локальные войны и вооруженные конфликты, которые становятся индикатором информационно-психологической войны, ее «витриной» и основной формой политического проявления скрытых процессов, лежащих в ее основе. При этом в современной информационно-психологической войне вооруженные конфликты играют строго отведенную им роль.

Для того чтобы запустить, или инициализировать, тот или иной боевой механизм информационно-психологического воздействия на сознание (или подсознание), необходим мощный толчок, или стресс, способный вывести от природы устойчивую систему психики человека из равновесного состояния и активизировать в ней поиск новых защитных механизмов, адекватных стрессовой ситуации. В качестве такой защиты психотехнологи готовы предложить свою идеологию, мировоззрение, систему ценностей, замещающие в человеке прежние психологические механизмы защиты. Что, в конечном итоге, обеспечивает достижение главной цели любой современной психологической операции — добровольную подчиняемость личности.

Для этого не обязательно, чтобы угроза, вытекающая из стрессовой ситуации, была реальной — достаточно создать иллюзию того, что в изменившейся ситуации прежние механизмы психологической защиты уже не работают, либо не справляются с возлагаемой на них нагрузкой.

Такой эффект на психику человека способна оказать только внезапно возникшая угроза для его жизни: неизвестная медицине эпидемия (например, атипичная пневмония), стихийное бедствие или война. При этом, если наступление первых двух событий предсказать достаточно сложно, то войну или локальный вооруженный конфликт можно породить практически в любой точке земного шара и в тот самый момент, когда это предусмотрено сценарием психологической операции. Кроме того, угроза войны - идеальный инициирующий повод для психологического стресса: угроза войны одновременно направлена и на крупные страты (государства, нации, народности), и непосредственно на каждую личность в отдельности.

Не случайно на примере войны в Ираке мы видим, что современная война напоминает масштабный пиар-спектакль, в котором делается только то, что попадает в кадр кинокамер в соответствии с пиар-сценарием кампании, а кровь своих солдат, солдат противника и союзных сил льется только в тех случаях, когда это необходимо для достижения пиар-эффекта.

Таким образом, на современной стадии развития политических технологий информационно-психологическая война не всегда начинается собственно с военных действий, но сами военные действия становятся необходимым фактором любой боевой психологической операции - в качестве средства инициирования цепных психологических реакций, предусмотренных сценарием психологической войны.

Война психологическая порождает войну локальную: для перехода психологической операции из латентной стадии в активную необходим инициирующий повод, а, следовательно, нужен локальный вооруженный конфликт. То, что в планах информационно-психологической войны традиционная война играет ограниченную, строго отведенную ей роль, не делает ее менее опасной, не сокращает ее масштабов и не вытесняет ее из сферы политических отношений - глобальные военные конфликты постепенно исчезают из политической жизни (в условиях информационно-психологической войны в них больше нет необходимости), количество же локальных вооруженных конфликтов и частота их возникновения растет.

В свете этих положений становятся понятны некоторые «нелогичные» эпизоды войны в Ираке — например, странное бездействие союзных сил в Басре и ряде других населенных пунктов, когда мощная военная машина наступающих войск неожиданно забуксовала и остановилась при первых звуках выстрелов иракских ополченцев, которые, по определению, не могли ни задержать вторжение, ни даже нанести ему ощутимый урон. Тем не менее, войска союзников остановились и вели себя пассивно в течение нескольких недель, становясь темой для пересудов, политических сплетен, слухов и официальных заявлений. Не ставя под сомнение профессионализм американских и британских военных, следует заметить, что, вполне возможно, во всех указанных случаях сам штурм и оккупация населенных пунктов не был главной целью для войск вторжения — своей активизацией, сопровождающейся потерями как среди своих, так и среди чужих, американо-британские части в течение месяца подбрасывали для мировой общественности шокирующие пиар-уколы, выполняющие роль инициализирующего механизма для запуска сценария очередного этапа психологической операции. Т.е., возможно, быстрый и бескровный штурм Басры изначально не был в планах союзных войск.

Наблюдающийся сегодня постепенный перенос политической борьбы в информационно-психологическую сферу увеличивает риск возникновения локальных вооруженных конфликтов: технологии информационно-психологической войны многим кажутся привлекательными именно в силу их относительной дешевизны, доступности и эффективности, а, следовательно, интенсивность их использования в политической борьбе будет только нарастать. Соответственно, будет увеличиваться и количество локальных вооруженных конфликтов, которые в психологических операциях играют роль инициирующего механизма — «спускового крючка». Что, в конечном итоге, ведет к распространению практики применения собственно вооруженного насилия: там, где начинается психологическая война, обязательно возникнет локальный вооруженный конфликт.

Таким образом, психологическая война - это и есть боевые действия, спланированные в соответствии с пиар-сценарием, цель которых - не уничтожение живой силы и техники противника, а достижение пиар-эффекта.

Продукт современной операции информационно-психологической войны - это сводка новостей СМИ в формате журналистского репортажа. Соответственно, продукт информационно-психологической контроперациисводка новостей, которая делает построение такого репортажа неудачным.

 

[1] Тридцать шесть стратагем - древнекитайский военный трактат. В более широком смысле, собрание неявных стратегических приёмов и система непрямых тактических ходов, используемая для достижения скрытой цели, получения преимущества и перехвата инициативы. Стратагема - некий алгоритм поведения, просчитанная последовательность действий, направленных на достижение скрытой цели или решение какой-либо задачи с обязательным учётом психологии объекта, его положения, обстановки и других особенностей ситуации.

[2] Потёмкинские дере́вни — исторический миф. По легенде, потёмкинские деревни — это бутафорские деревни, которые якобы были выстроены по указанию князя Потёмкина вдоль маршрута Екатерины II во время её поездки в 1787 году в северное Причерноморье

 

К оглавлению курса

На первую страницу