Лекция 18. Политические идеологии современной России

18.1. Политические перспективы «либерального» и консервативного» в современной России.

Одной из наиболее влиятель­ных форм политического сознания, воздействующей на содержание властных отношений, является политическая идеология, с помощью которой политические действия приобретают конкретную направленность. Именно в рамках политических идеологий задается та или иная направленность преобразований социальных отношений, влияющих на массовые и групповые настроения. Таким образом, через идеологию канализируются массовые эмоции, чувства протеста или солидарности, негодования или поддержки. Сопровождая процесс агрегирования и артикуляции, идеология концептуализирует представления людей о политической ситуации, встраивает эти оценки в их общую картину мира, стремится сделать понятными политические изменения.

В современном мире происходят кардинальные перемены в социально-экономической, политической и социокультурной сферах. Эти изменения приводят к значительной корректировке основных ценностей всех основных течений общественно-политической мысли – либерализма, консерватизма, социализма. Изменяется оценка роли государства, научно-технического прогресса, демократии и других важнейших компонентов современного общества, что приводит к перестройке научного понятийно-категориального аппарата. Как справедливо отмечает  Н.М.Сирота, в современном «меняющемся интеллектуальном пространстве постиндустриального, информационного мира ослабевает прежде жесткая привязанность идеологий к строго определенному социальному носителю – группе, слою, классу, государству».[1]

Постсоветская Россия столкнулась с кризисом социалистической идеи и разочарованием в либеральной идеологии. После неудачных попыток реформирования российского общества особенно востребованным оказался консерватизм в его различной интерпретации. Популярность стали получать симбиозы, состоящие из различных идеологических доктрин.

Об этом свидетельствует появление таких, казалось бы, несовместимых понятий, как «социальный консерватизм», «прогрессивный консерватизм», «демократический консерватизм», «либеральный консерватизм», «консервативный либерализм», «социальный либерализм», «либеральный социализм» и т. д.  Следовательно, изменяется само содержание, вкладываемое, например, в понятия «либерализм» и «консерватизм». Появляется множество конструкций, которые нельзя однозначно оценивать по линии «либералы-консерваторы».

Обе модели общественного развития являются подвижными и динамичными. В зависимости от конкретной  исторической ситуации консервативный и либеральный сегменты в общей системе общественно-политической мысли могут расширяться или сужаться, проявлять себя изолированно или сближаться, создавая либерально-консервативный синтез. Создается по сути пограничное пространство, которое можно представить как зону взаимопроникновения либерализма и консерватизма. П.Б.Струве полагал, что либеральный консерватизм возникает в некоторой точке, где «либерализм и консерватизм, конечно, сходятся».[2]

Синтез консерватизма и либерализма может быть перманентным процессом, результаты которого будут зависеть как от соотношения компонентов, так и от внешнего воздействия - условий, которые определяют содержание и темпы процесса в зависимости от потребностей конкретного момента или субъекта. В результате получится либо «либеральный консерватизм», либо «консервативный либерализм».

Возникает вполне оправданное затруднение в характеристике идеологического гибрида, чем объясняется частое употребление данных конструкций как синонимов в определении политических позиций. Так в словосочетании «консервативный либерализм» базовой составляющей или «несущей конструкцией» является либерализм, который дополняется  «консервативным» содержанием. Т.е. это одна из форм либерализма, особенность которой заключается в том, что он «пытается прорабатывать либеральную парадигму, ее основные идеи и принципы на почвенном материале, с учетом конкретных нравственных идеалов, исторически сложившегося регионального, культурного и профессионального опыта».[3]

Либерализм как идеология и политическая практика доказал свою жизнеспособность и, несмотря на многочисленные кризисы в своем историческом развитии, видоизменялся, приспосабливаясь к реальной политической действительности. Такие основные принципы либерализма, как свобода личности, неприкосновенность прав человека, правовое государство, парламентская демократия, плюрализм, гражданское общество и некоторые другие стали неотъемлемой частью общечеловеческой политической культуры. Отличительной особенностью современного либерализма является не только признание личной ответственности граждан, но и готовность государства взять на себя некоторую ответственность в том случае, если исчерпаны их возможности. Задачей либерализма всегда являлось формирование изменений со знаком «плюс», что отличает его от консерватизма. В современных общественно-политических условиях ответы либерализма на конкретные вопросы времени различны.

Главным обстоятельством, объективно отражающим жизненные силы либерализма, является тот факт, что все страны, достигшие наиболее значительных результатов в своем развитии, использовали либеральные принципы и ценности в различных соотношениях с другими – консервативными, социалистическими, националистическими, патриотическими и т.д. Поэтому остается очевидной необходимость либеральных ценностей для развития любого общества, т.к. без свободного индивида не могут быть в полной мере реализованы способности и возможности самого общества, без рыночной экономики невозможно максимально удовлетворить потребности человека, без правового государства гражданин не имеет возможности эффективно контролировать и сдерживать государственную власть.

В то же время идеализация либерализма приводит к игнорированию национальных особенностей, оставляет на «обочине жизни» значительные слои населения, не имеющие по субъективным причинам возможности для достижения желаемых целей. Поэтому выбор оптимального сочетания либеральных принципов с устоявшимися в обществе ценностями  может стать определяющим фактором для его поступательного развития.

Авторы российских реформ конца XX века фактически игнорировали исторически сложившиеся традиции, менталитет и особенности характера русского народа. Попытки заимствования и некритического использования идей и опыта других стран не смогли исправить положения в осуществлении либеральных по форме и радикальных по существу российских реформ. Более того, без активной поддержки со стороны широких социальных слоев общества они не могли быть ни эффективными, ни успешными. Поэтому эти реформы не дали желаемых результатов. Стало очевидным, что выработанные цели, избранные пути, методы и темпы реформирования российского общества нуждаются в серьезной корректировке. В связи с этим возник практический интерес к проблеме российского политического консерватизма, опирающегося на традиции, преемственность, охранительность и стабильность, обеспечивающие постепенное реформирование и исключение крайних мер.

Своеобразие русского либерализма определялось прежде всего тем, что он был вынужден проповедовать идеалы Великой Французской революции (свободу, равенство и братство) в условиях абсолютной монархии. И сама борьба за конституцию, парламентаризм и правовое государство велась с учетом сложившихся традиций российской государственности. Основным направлениям либерализма было присуще понимание того, что в переходный период естественным будет сосуществование новых и старых политических институтов. Либералы стремились найти «золотую середину» в решении социальных проблем, пытаясь подчинить социально-политическому контролю стихийные общественные процессы. Реформизм был обусловлен неприятием революции как средства преобразования существующего общественно-полити­ческого строя, поскольку альтернативой диалогу с властью мог стать только «бессмысленный и страшный русский бунт», разрушающий государственность и делающий невозможными любые реформы. Таким образом, русский либерализм, в силу своеобразия развития России, заключал в себе элемент консерватизма и в той или иной мере проявлял себя как консервативный либерализм, особенно в практической общественно-политической деятельности.

Эта особенность российского либерализма ярко проявилась в творчестве выдающегося русского мыслителя Б.Н. Чичерина. Его политические идеи можно охарактеризовать как консервативный либерализм. Он искал положительный идеал, реализация которого возможна при условии понимания природы и необходимости монархической власти. Идеал государственности по Б.Н.Чичерину - конституционная монархия, где монарх выступает посредником между народом и аристократией.

Сущность разработанной им концепции, получившей название «охранительного» либерализма, заключается в сочетании либеральных мер и сильной власти. Либеральные меры обеспечивают права граждан, охраняют свободу мысли и свободу совести, а сильная  власть охраняет порядок, строго надзирает за исполнением законов, внушает гражданам уверенность в твердости государства и разумной силе, которая сумеет отстоять общественные интересы. [4]

Консервативный либерализм предполагает адаптацию к жизни, извлечение уроков из истории, понимание условий, в которых действует власть, не предъявление безрассудных требований, а конструктивное сотрудничество.

По мнению Б.Н.Чичерина, западные либеральные институты не имели шансов прижиться в России, если их одномоментно учредить актом высочайшей воли. Прежде чем приступать к освоению ценностей либерализма, необходимо было заняться культурным и политическим воспитанием населения, используя земские учреждения. Лишь приобщив крестьян через земства к культуре хозяйствования и привив им навыки самоуправления, можно было браться за проведение выборов в представительное учреждение, с дальнейшим введением политических и гражданских свобод, обеспечивающих постепенное отмирание самодержавной власти. При этом Чичерин считал, что именно последняя может стать гарантом реформ, затрагивающих глубинные основания народной жизни. 

Важной особенностью русского либерализма являлось то, что отдельные элементы идеологии западного либерализма использовались в России носителями государственной власти в их попытках реформирования и «европеизации» страны. Первыми «либералами» в России были цари, их приближенные советники, близкие друзья, понимавшие необходимость глубоких общественных перемен, связанных с демократизацией политической власти и конституционным ограничением самодержавия, отменой крепостного права, обеспечением свободы предпринимательской деятельности нарождающейся русской буржуазии и т.д. И в дальнейшем, когда либерализм сформировался как идейно-политическое течение, его представители стремились реализовать свои программы с помощью государства, часто игнорируя слабые структуры гражданского общества.

Действия российской государственной власти в начале XXI века подтверждают идеи Б.Н.Чичерина. В послании Президента России Федеральному собранию 26 мая 2004 года[5] в качестве главной задачи обозначается создание в стране свободного общества свободных людей. Главной эта задача является потому, что «несвободный, несамостоятельный человек не способен позаботиться ни о себе, ни о своей семье, ни о своей Родине». Далее президент констатирует, что «свободой не всегда дорожат…  Созидательную энергию, предприимчивость, чувство меры и волю к победе нельзя ввести указом, нельзя импортировать, нельзя позаимствовать».

Схожие сомнения политического мыслителя второй половины XIX века и современного политика свидетельствуют о том, что для российского общества характерным является непредрасположенность к освоению ценностей либерализма. Проблемы, стоявшие перед Россией в конце XIX века, остаются актуальными и для века двадцать первого.

Либерализм лишь одно из начал человеческой жизни, но оно не является единственным. Как отмечал Н.А.Бердяев, «невозможно нормальное и здоровое существование и развитие общества без консервативных сил. Консерватизм поддерживает связь времен… соединяет будущее с прошлым...».[6]

В статье «Либерализм, демократия, консерватизм и современные движения и течения», опубликованной 1 июня 1933 г. в газете «Россия и славянство», П.Б. Струве отмечал, что подлинным содержанием консерватизма является государственность как «утверждение всенародного единства, или соборной личности народа, и против классовых поползновений, и против безоглядных притязаний личности, т.е. против чрезмерностей коллективизма и против крайностей индивидуализма. Консерватизм в этом понимании получает - рядом с либерализмом - какое-то особое и весьма широкое значение и обоснование».[7]

Еще ранее - за полвека до свержения самодержавия - князь В.П.Мещерский убеждал в своих «Речах консерватора», что «либерализм должен иметь место в нашей жизни, и большое место, но не менее большое место должен иметь и консерватизм. Либерализм один царствовать не может даже в республиках. Неужели же у нас, в России, мыслимо его единоцарствие? Где же основы такого порядка вещей? Неужели в нашем народе?»[8]

Но была в развитии России и другая духовная традиция, которая нашла выход в разумном сочетании идей либерализма и консерватизма. Ее представители понимали: свобода личности тем и отличается от своеволия, что может существовать только в праве и держаться только правом. Эта традиция здоровой консервативной мысли, либерального консерватизма (или консервативного либерализма), наличием которой, в отличие от предреволюционной Франции XVIII века, по замечанию Струве, Россия XIX века могла действительно «похвастаться».

Либеральный консерватизм как тип социально-политической ориентации, безусловно, вписывался в либеральную парадигму, в основе которой - признание абсолютной ценности личности и приоритет эволюционно-реформистских методов социального переустройства. Но как особое направление отечественной социологической и политико-философской мысли либеральный консерватизм, развиваясь в условиях пореформенной России после убийства Александра II, когда его «великие реформы» 1860-х гг. были осуществлены лишь частично, имел свои сущностные характеристики. Они выражались в синтезе основных идей традиционного либерализма (свобода и права личности, реформаторство) и консерватизма (порядок, сильная государственная власть, религиозно-нравственные традиции, преемственность), в одинаковой ценности и равнозначном признании как самоценности свободы индивида, так и ценностей общенационального, общегосударственного, «коллективного», прежде всего порядка и стабильности, обеспечиваемых властью.

История либерализма в России на примере одного из вариантов его национальных модификаций - «охранительного» либерализма Б.Н. Чичерина или либерального консерватизма П.Б. Струве, С.Л. Франка и др. - подтверждает закономерность: чем больше либерализм был связан с национальным самоопределением и внутриполитическими проблемами «догоняющего типа развития», с процессами модернизации, тем больше он «пропитывался» идеями консерватизма.

Некоторые российские и зарубежные политологи связывают возможности и будущее либерализма в России либо с утверждением основных идей русского либерального консерватизма, соединяющего ценности либеральной демократии и национальных государственных и духовных традиций, либо с усвоением ценностей «нового» либерализма, синтезирующего принципы классического либерализма и социал-демократии. По их мнению, в России нет либеральной традиции и общественных условий, благоприятных для развития либерального сознания. Поэтому необходим синтез для соединения экономического либерализма с духовно-культурным консерватизмом. Так, с точки зрения немецкого философа Г.Рормозера «в России отсутствует автономная личность, сознательный индивид, который был бы способен договориться на разумных началах со всеми остальными и по поводу собственных интересов, и относительно того, что наилучшим образом отвечало бы общим интересам».[9] Будущее либерализма в России он связывает с просвещенным консерватизмом. 

Под консерватизмом понимается политическая идеология, выступающая за сохране­ние существующего общественного порядка, главным образом морально-правовых отношений, воплощенных в нации, религии, браке, семье, собственности. Оксфордский политический словарь акцентирует внимание на том, что консерватизм «приводит к возникновению способа мышления… который ставит перед всеми грандиозными предложениями и принципами вопрос: действительно хороша ли эта идея при данных конкретных условиях?».[10]

Одна из наиболее влиятельных разновидностей современного консерватизма – неоконсерватизм – находится в плоскости между традиционным консерватизмом и либерализмом. Неоконсерваторы объединились на основе критики благотворительности государства, которая привела к опасности маргинализации неимущих, поддерживаемых социальным государством. Он возник потому, что традиционно-либеральные и традиционно-консервативные принципы перестали быть эффективными. Сегодня неоконсерватизм, представляющий важнейший срез либерально-консервативных установок, является идеологией тех, кто занял хорошо оплачиваемые посты и опасается за свое положение, полагая, что «государство всеобщего благосостояния» устранит  естественные барьеры для социального продвижения.

Сейчас сложно однозначно разграничить консерватизм и либерализм. В современных обществах у них больше сходств, чем различий. В обоих случаях отстаивается свобода индивида, конституционное государство, господство законов. Различаются они между собой в оценке путей, ведущих к цели, и трудностей в ее достижении.

В разных политических культурах консерватор воспринимается по разному. Так, английский консерватор – это «защитник приоритетов рынка, индивидуальных и местных свобод от государственного контроля».[11] Однако российский консерватор имеет мало общего с консерва­тором в западном обществе. На Западе консерватизм возник в ответ на многочисленные социальные изменения, потрясшие ев­ропейский порядок в связи с крушением феодализма. На раннем этапе своего развития он отражал интересы дворянских кругов, но уже в XIX веке, приняв во внимание ряд по­ложений классического либерализма, стал превращаться в идеологическое оружие буржуазии.

Обстоятельства возникновения современного русского консер­ватизма подтверждают тот факт, что консерватизм - всегда реак­ция на радикальные общественные сдвиги. Если дореволюционный русский консерватизм являлся прежде всего реакцией на Француз­скую революцию, консерватизм русской эмиграции - на рево­люцию 1917 г. и последовавшие за ней социальные перемены, то консерватизм последних десятилетий представляет собой идей­но-теоретическую реакцию на социальный процесс, начавшийся в СССР - России со второй половины 80-х годов и предопределивший радикальные изменения во всех сферах жизни страны, в ее внутренней и внешней политике.

Современный русский консерватизм, или так называемая «тре­тья волна», зародился прежде всего как культурный консерватизм, а с началом либеральных реформ на его основе сформировался по­литический и экономический консерватизм. В отличие от исчер­павшего себя к 80-м годам эмигрантского консерватизма он облада­ет значительным опытом включенного наблюдения над сложной и противоречивой эволюцией СССР и России, возможностями ос­мысления новых тенденций, созревающих в недрах российского общества.

«Третья волна» консерватизма в стране с неоднократно прерван­ными традициями представляет собой достаточно пестрый конгло­мерат идей, апеллирующих к традиционалистским архетипам мас­сового сознания и неизменным, вечным ценностям. Обращает на себя внимание размытость и эклектичность позиций привержен­цев этого идейно-политического направления. Консервативные идеи отражают обеспокоенность части граждан в связи с утратой советского «старого порядка», их заинтересованность в стабиль­ности и соблюдении законов, неприятие различных форм анархии и экстремизма.

Для российских консерваторов жизненно важными ценностями являются равенство, справедливость. Равенство понимается в социалисти­ческом, перераспределительном смысле и заключается не в равенстве возможностей, а в равенстве результатов. Поэтому делается ставка на го­сударственный патернализм как главное орудие распоряжения и распределения материальных и духовных благ. В политическом сознании консервативно настроенных россиян частная собственность связывается не с социальной активностью, ответственностью, стремлением к развитию, а с эксплуатацией.

Для западного консерватора важное значение имеют такие ценности, как кодекс чести, уважение к труду, сословная и про­фессиональная гордость. Российский консерватор органично и естественно воспринимает «солидарность» людей, которая была необходимым условием элементарного выживания многих из них. Именно «солидарность» является ключом к пониманию при­роды советского прошлого: коллективизма, духовности (идейно­сти), долготерпения. Эти традиции, как считают российские кон­серваторы, начинают активно разрушаться, что и является источ­ником переживаемых Россией трудностей.

Еще одной отличительной особенностью русского консерватизма выступает тысячелетняя традиция, связанная с идеалом православного государства и антизападничеством как ответом на регулярно воспроизводимые в истории вызовы со стороны романо-германской цивилизации.

Г.Рормозер считает, что либерализм функционирует, когда в обществе сохраняется нормальное положение с исправно функционирующими институтами и достигнут относительно высокий уровень благосостояния. Но как только оказывается под вопросом элементарное снабжение населения всем необходимым, как только отказывают институты и рушится общественная безопасность, либерализм становится беспомощен. «Справиться с кризисом такого масштаба, какой имел место в Германии в конце Веймарской республики или в России сегодня (1990-е гг. – Н.Б.) человечество, видимо, в принципе не в состоянии», - полагает немецкий философ.[12]

Современный либерализм не имеет ничего общего с теми отрицательными явлениями, которыми характеризуется российское общество. Сто лет назад Б.Н.Чичерин предупреждал о том, что насилие, нетерпимость и безумие часто прикрываются именем обаятельной идеи. Либерализм не является исключением. Он «является в самых разнообразных видах, и тот, кому дорога истинная свобода, с ужасом и отвращением отступается от тех уродливых явлений, которые выдвигаются под ее знаменем».[13] Именно такая ситуация возникла в России в 1990-х гг., что нанесло либеральной идее непоправимый ущерб.

Любое течение политической мысли должно рассматриваться в определенном социально-историческом контексте, соотнесенным с национально-культурной или региональной традицией.

Те, кто считает, что Россия настолько самобытна, что ей не дозволено развиваться с учетом опыта мировой цивилизации, уподобляется тем, о ком Д.С.Милль пишет: «Там, где люди живут и действуют не сообразно со своими характерами, а сообразно с преданиями или обычаями, там отсутствует один из главных ингредиентов благосостояния человечества и самый главный ингредиент индивидуального и социального прогресса».[14]

Вне всяких сомнений, обычаи и традиции должны учитываться при решении тех или иных социальных, экономических и политических задач. В то же время нельзя игнорировать те очевидные истины, без которых невозможно оставаться современным обществом. Тот, кто поступает соответствующим образом потому только, что таков обычай, тот не делает выбора, а потому не стремится к лучшему. В числе первых священных принципов, которые должны быть отвергнуты, убежден Зигмунт Бауман, – это «верность традициям, привычным правам и обязанностям,  связывающим людей по рукам и ногам, препятствующим движениям и ограничивающим инициативу».[15] Только человек, пользующийся своими способностями, сознательно, по своему пониманию устраивает свою жизнь.

По мнению историка русского либерализма В.В.Леонтовича главным препятствием развития России в либеральном направлении являлись остатки того умственного склада, который возник по причине крепостничества, являвшегося, по сути, формой рабства.[16] Такой умственный склад не мог воспринимать сути свободы, ее необходимости и возможности реализации. В.В. Леонтович еще в середине 1950-х годов связывал будущее либерализма с «единственно настоящим либерализмом для России - либеральным консерватизмом».[17]

В советский период власть стремилась сделать человека винтиком государственной машины - своего рода крепостным новой политической системы, что явилось продолжением политики царского самодержавия. Современная неготовность общества к переменам в значительной степени объясняется тем умственным складом, который сложился в русском народе в течение последних столетий и который имеет, с одной стороны, склонность к анархии, а с другой стороны – к послушанию и подчинению, но не к самостоятельности и стремлению к самореализации. Как пишет Т.И.Заславская, «такие качества, как отсутствие гражданственности, конформизм по отношению к власти, нетребовательность и смирение, парадоксально сочетающиеся с неуважением к закону и чужой собственности, сформировались у россиян в первую очередь под влиянием многовекового рабства».[18]

Современное развитие невозможно без свободного гражданина, способного стать актором в политическом процессе, разумно сочетающего свободу и ответственность. Характерная для России «воля без ответственности» должна уйти в прошлое, уступив место правовому сознанию.

Активная созидательная личность является необходимым условием политического развития России, личность, для которой стремление к свободе, к самораскрепощению будет сопровождаться повышением эффективности и ответственности политической власти, что, в конечном счете, позволит создать государство, способное предоставить людям свободу для развития своих способностей и потенциальных возможностей.

Консервативный либерализм тяготеет к осторожным, медленным реформам, соизмеряющим свои шаги с реакцией общества на проводимые преобразования, так как быстрые изменения могут привести к разрушению существующего порядка с соответствующими представлениями о справедливости, что является взрывоопасным для общества. Он считает необходимым сохранить для большинства народа психологически комфортное состояние. В качестве критериев консервативного либерализма можно отметить поиск реальных сил, которые бы явились опорой в становлении цивилизованных рыночных отношений, инициаторами в предпринимательской деятельности, в повышении личной ответственности людей, в признании демократических ценностей. Его особенностью является стремление воплотить либеральные идеи через обращение к массовым ценностям, поэтому он избирательно относится к опыту западных обществ, отбирая лишь то, что отвечает органически сложившимся потребностям страны.

Вероятно, устойчивым и жизнеспособным сделает  общество только такая общественная и культурная система, при которой либеральное и консервативное начала находятся в сбалансированных отношениях, когда существует  либерально-консер­вативный консенсус, отстаивающий эволюционное изменение социально-политических отношений, снятие напряжения, достижение баланса сил и устойчивого развития общества.

Взаимопроникновением либеральных и консервативных идей проникнуто президентское Послание Федеральному Собранию Российской Федерации, с которым глава государства выступил 25 апреля 2005 года.[19] В качестве главной задачи определено построение свободного демократического государства, что подтверждает высказанные ранее приоритеты продвижения к свободному обществу свободных людей. Выбранный акцент на актуализации свободы для российского общества и либерализации «предпринимательского пространства», наряду с высказанными в предыдущем послании социально-экономическими мерами, позволяют говорить о либеральном наполнении программы, которой предлагает следовать президент в ближайшем десятилетии. В новых международных условиях Россия стремится соответствовать «гуманистическим ценностям, широким возможностям личного и коллективного успеха, выстраданным стандартам цивилизации», которые «могут дать нам единое экономическое, гуманитарное, правовое пространство». Обращение к сложившимся традициям, общественной нравственности и культуре наполняют консервативным содержанием программный документ: «При всех известных издержках уровень нравственности и в царской России, и в советские времена являлся весьма значимой шкалой и критерием репутации людей как на рабочем месте, так и в обществе, в быту. И вряд ли можно отрицать, что такие ценности как крепкая дружба, взаимовыручка, доверие, товарищество и надежность в течение многих веков оставались на российской земле ценностями непреложными, непреходящими». Завершается президентское послание утверждением о том, что Россия станет процветающей лишь тогда, когда успех каждого человека будет зависеть не только от уровня его благосостояния, но и от его порядочности и культуры, что является либерально-консервативным синтезом ежегодного послания.

Адаптация отдельных советских и исторически сложившихся российских ценностей к современным реалиям в контексте развития российского государства может составить консервативное наполнение той либеральной модели, о которой заявляет российская власть. Однако для реализации данной модели политическим субъектам необходимо научиться слушать и слышать друг друга, толерантно относиться к оппонентам, развивать в первую очередь те качества, которые в большей степени ассоциируются с либерализмом. Лишь после освоения индивидами этих качеств, которые в современном мире принято называть цивилизованными, возможно наполнение либерализма консервативным содержанием.

18.2. Соотношение «либерального» и «социального» в идеологических предпочтениях левых.

Для России актуальным является анализ тенденций, наблюдаемых в эволюции одной из наиболее востребованных идеологий современности - социалистической, которые привели к появлению актуальных левых, претендующих на завоевание значительной части отечественного электората.

В качестве весомых причин, повлиявших в последние десятилетия на левую идеологию, следует отметить глобализацию, которая способствовала вытеснению модели социального государства неолиберально-монетаристской доктриной. Практика ее осуществления в странах Латинской Америки и Африки посредством международных финансовых организаций (МВФ, МБРР) привели к девальвации национальной валюты, приватизации экономики и снижению уровня жизни беднейших слоев населения. Распад социалистического блока на рубеже 1980-1990-х гг. способствовал аналогичным тенденциям в посткоммунистических странах: сокращению расходов на социальные нужды и образование, отказу от политики максимальной занятости, дерегулированию социальной и экономической сфер и как результат - прогрессирующей дифференциации между бедными и богатыми.

Эти политические и экономические процессы вызвали новейшую поляризацию левых и неолиберальных сил в мире. Глобальные изменения способствовали новому самосознанию левых, которое  сильно отличается от того левого дискурса, который владел умами, например, в 1960-70-е годы, несмотря на то, что теоретическая база сегодняшних левых была заложена именно в те годы. На политические взгляды актуальных левых повлияли «постмарксизм, постструктурализм и феминизм».[20] К авторам нового левого дискурса  относят Альтюссера, Лакана, Фуко, Делёза, Гваттари, Дерриду, Бурдье, Нанси, Лаку-Лабарта, Лефевра, Муффа.

В соответствии с другим взглядом на современное левое движение можно соотнести современную левую идеологию с политической корректностью. Проблема заключается в том, что «левый сегодня - это человек, у которого есть кредитные карточки… Левые сейчас не находятся в прямой оппозиции к буржуазности, как это было раньше. Сегодня левая составляющая является частью некоего постбуржуазного состояния. И вот эта диалектика приводит нас к пониманию того, что либеральная интуиция свободы и левая интуиция справедливости находятся сегодня в некоем единстве, причем в единстве, очень сложно структурированном».[21] Важным элементом левого сознания, который присутствует в современном консюмеристском мире – мире потребления, является толерантность, поэтому левая идея, с точки зрения А.Иванова, не является сегодня идеей, которая радикализирует ситуацию.

Разный подход в обосновании современной левой идеи свидетельствует о ее неоднородности, которая зависит от приоритетов и проблем, решаемых в тех или иных странах.

Расширение левой составляющей в политическом спектре современной России имеет объективные основания. Как отмечает Ю.Г.Коргунюк, «левее, чем сейчас, Россия была разве что в 1917 г., когда на выборах в Учредительное собрание на долю кадетов и прочих «буржуазных» партий пришлись жалкие 5%, тогда как все остальные голоса достались различным ответвлениям социалистического движения».[22] В качестве основных причин исследователи называют нерешенность социально-экономических проблем, остатки консервативного советского мышления, исторически сложившийся коллективистский характер российского общества, проблемы в становлении гражданского общества, отчужденность граждан от власти, увеличивающийся разрыв между богатыми и бедными и некоторые другие.

В то же время характерной чертой посткоммунистического реформирования России стало высвобождение частного и индивидуального после засилья гипертрофированного общего. Вполне очевидно, что данным потребностям отвечала либеральная политика, которая в свою очередь разрушила соотношение общего и частного по причине абсолютизации свободы индивида.

С точки зрения Ю.А.Красина, великие идеи свободы и достоинства личности «не работают», потому что оторваны от российской реальности, и заработают лишь в совокупности с другими не менее значимыми ценностями – социальной справедливости, равенства и солидарности.[23]

В современных условиях наблюдается не противостояние либерализма и социализма, а их сближение, свидетельствующее о недостаточности традиционных либеральных представлений о правах и свободах человека и гражданина для эффективной защиты интересов людей. «Без торжества либеральных идей, - отмечает председатель Конституционного Суда России В.Зорькинне было бы государства и социального, и правового одновременно, т.е. государства, где социальные права граждан принадлежат им от рождения, а не даруются им сверху, и их перечень не зависит от монаршей воли; эти права закрепляются в конституциях и законах и гарантируются государством в силу притязаний (потребностей) гражданского общества и требований норм международного права на основе принципа справедливости и общепринятых стандартов».[24]

Потребность в социальной справедливости возникла из-за неравенства условий в политической, экономической и социально-культурной областях жизни общества, которые дополняются ошибочно просчитанными социальными последствиями принятых законов, оторванностью их от реальной социально-экономической ситуации в обществе, несогласованностью с общественным мнением, культурными традициями. Такие ошибки привели к высокому уровню бедности в нашей стране.

«Представление о бедности не столько как о недостатке денег, сколько как о недостатке определенного рода возможностей – очень важная установка»,[25] - отмечает член Общественной палаты А.Чадаев. Принципы социального государства предполагают создание равных возможностей для всех членов общества, проведение социальной политики, признающей за каждым членом право на уровень жизни, необходимый для поддержания здоровья и благосостояния человека и его семьи не только, когда он работает, но также в случаях безработицы, болезни, старости, инвалидности.

В настоящее время почти четверть граждан России живут за чертой бедности, причем большая часть из них имеет постоянную работу. Валерий Зорькин отмечает, что исследователи оценивают сегодняшнее состояние России как формального социального государства на уровне первой половины 20-х гг. ХХ века.[26]

К началу XXI века в России произошло накопление, по выражению В.Н.Якимца, критической массы «несправедливых неравенств»,[27] что дало толчок развитию социалистической идее, в значительной степени эгалитарно решающей проблему неравенства. Высокий уровень социального неравенства приводит к преобладанию авторитарных форм правления, когда люди, разочаровавшись в навязываемых ценностях, стремятся переложить ответственность на других, особенно на власть, что в конечном итоге заканчивается потребностью в подчинении. По мнению одного из реформаторов перестроечной волны А.Яковлева, проблема России заключается в том, что она «находится в состоянии давнего противоборства двух основных тенденций – либерализма и авторитаризма, определяющих на самом деле будущее России».[28]

Особенным для России являются завы­шенные ожидания по отношению к властным структурам, обуслов­ленные во многом прошлым опытом, высокий уровень неудовлетво­ренности уровнем жизни, что оказы­вает отрицательное влияние не только на отношение к конкретным политическим силам, но и на восприятие демократических институ­тов и принципов.

Однако актуальность левой идеи объясняется не только переходным характером российского общества. Возвращение к ней в различных вариантах свидетельствует о потребности в альтернативных моделях левой идеи. Левые ценности сформировались во второй половине XIX – начале ХХ веков и отвечали реалиям своего времени. Однако, как и любые другие, они не могут оставаться неизменными ввиду постоянно изменяющихся условий жизни и для того, чтобы оставаться актуальными, вынуждены адаптироваться к объективной реальности. Так после краха социалистической системы возникла вполне очевидная потребность в поиске нового содержания ценностей, соответствующих новым условиям развития общества.

Поворот к социалистическим ценностям продиктован также невостребованностью обществом завоеванной свободы. Для посттоталитарной России необходим постепенный переход от патернализма к свободному обществу, в котором человек больше надеется на себя, в то же время, ожидая помощи от государства. Появление среди левоориентированных политических партий «актуальных левых» продиктовано необходимостью адаптации к постсоветским условиям. Какие же дополнительные идеи могут быть востребованы обществом в силу сложившихся обстоятельств?

Общественное сознание современной России в значительной мере не принимает либерально-демократические ценности, но и не отвергает полностью их. Общественное мнение подтверждает такие тенденции. Так, по данным Всероссийского центра изучения общественного мнения (27-28 января 2007 г.) за последние 15 лет возросла доля граждан, положительно относящихся к понятию рынок (49% и 66%) и частная собственность (67% и 73%).[29]

Однако неспособность демократическими методами решить жизненные проблемы приводит к возникновению нового понимания демократии - как механизма социальной справедливости. Данная идея появилась в результате осознания обществом необходимости не только политической, но и социальной демократии, добивающейся социального равенства и справедливости.

Ю.А.Красин полагает, что в нынешних условиях публичная политика по отношению к объективно обусловленному процессу дифференциации общества должна строиться на сочетании двух начал: либерального (принцип свободы личности) и коммунитарного или коллективистского (принцип равенства в социуме). Либеральная составляющая, акцентирующая внимание на свободе индивида, противостоит иждивенчеству, патернализму, властному бюрократизму, но более уязвима перед давлением эгоистического индивидуализма. Коммунитарная составляющая, сосредотачивая усилия на справедливом устройстве социума, ставит заслон эгоизму, выдвигает на первый план социальное равенство и солидарность, хотя и более подвержена «авторитарному соблазну», ограничивающему пространство индивидуальных прав и свобод.[30]

На необходимости объединения гуманного либерализма с социальной демократией  также акцентировал внимание канадец Джон Хэмфри.[31]

Для России может оказаться актуальным исследование Норберто Боббио относительно совмещения при демократическом режиме традиций либерализма и социализма.[32] Итальянский мыслитель признает, что в реальности для функционирования любого демократического режима необходима определенная доля социального равенства и справедливости. Анализируя практику демократических режимов, Боббио приходит к выводу о том, что рыночная экономика является необходимым условием демократии. Существуют недемократические общества с рыночной экономикой, но нет примеров демократий без рынка. Для эффективного функционирования демократического государства необходимо применение определенных механизмов, сглаживающих негативные эффекты рыночной экономики и дающих гражданам определенные социальные права, из которых основными, по мнению Боббио, являются право на труд, образование и здравоохранение. Без обеспечения минимальных социальных гарантий устойчивость демократического режима может оказаться под угрозой: отсутствие минимального равенства делает бессмысленными права и свободы, а неудовлетворенные требования социальной справедливости могут вызвать тенденцию к большей эгалитаризации общества.

Выход Норберто Боббио видит в совмещении при демократическом режиме традиций либерализма и социализма - либеральных свобод и социальных прав. Итальянский исследователь признает, что такое объединение, которое он называет либерал-социализмом или социал-либерализмом, является искусственным образованием и не имеет под собой четкой и непротиворечивой теоретической основы, но на практике именно оно способно придать устойчивость демократическому режиму. Принципы либерализма являются, таким образом, основой формирования демократии, а принципы социализма - основой ее устойчивости. Социализм вполне совместим с демократией, если соблюдение либеральных свобод гарантировано благодаря реализации социальных прав.

Российские политологи видят отличие социального либерализма от концепций социалистического толка в том, что социальный либерализм, в первую очередь, делает акцент не на патернализме - то есть, раздаче всякого рода социальных пособий, а на создании условий для нормальной работы, на создании привлекательных рабочих мест, позволяющих дееспособным людям обеспечивать самим себя.

Система государственного патернализма должна смениться социальным партнерством, способствующим преодолению неприязни между богатыми и бедными. Суть социального партнерства состоит в том, что усилия предпринимателей сосредотачиваются на создании эффективных рабочих мест и расширении на этой основе массовой покупательной способности населения, в результате чего растет жизненный уровень всех слоев населения. По достижениям на этом поприще формируется общественная оценка предпринимателя, определяется мера его жизненного успеха. Не менее важна и обратная связь - возросшая покупательная способность населения формирует, в свою очередь, условия для расширения производства и соответствующего роста предпринимательской активности.

Система социального партнерства предполагает также открытость элит, создание условий для вертикальной мобильности. Способной молодежи из разных слоев населения должен быть предоставлен шанс на хорошее образование и продвижение по социальной лестнице. Общество, в свою очередь, заинтересовано в том, чтобы элита не была закрытой кастой, а постоянно обновлялась за счет талантливых представителей всех слоев населения. Высокая эффективность предпринимательской и трудовой активности позволяет обеспечить достойный уровень жизни людей, которые без их собственной вины (старость, болезни, увечья, сиротство и т. д.) не могут принимать активного участия в процессе общественного производства. Спецификой России является включение в эту группу также и бюджетников.

Реализация системы социального либерализма требует активного участия всего общества и государства. Ведущие функции государства в обществе социального либерализма — это контроль за соблюдением законности, защита от внешней угрозы, в том числе от мирового терроризма, проведение общей экономической, кредитной, налоговой политики, контроль за секторами экономики, где условия свободной конкуренции неосуществимы. Ответственность за качество жизни на местах перекладывается на элиту нижнего уровня - конкретного района, города, поселения.

Российский ученый Б.Капустин характеризует социал-либерализм как «ветвь либерализма, которая понимает социальную обусловленность свободы».[33] Данный тезис основывается на необходимости развивать способность человека к свободе и потребность в предоставлении равных социальных условий для всех граждан.

В российском политическом и экспертном сообществах сложилось свое толкование понятия «социальный либерализм». Важнейшей его чертой является противопоставление либерализму реформаторов начала девяностых годов двадцатого столетия. Либерализм реформаторов свелся к ограничению вмешательства государства в экономику и был подменен социальным дарвинизмом.

Переход в развитии общественных настроений от социал-дарвинизма к социальному либерализму продиктован пониманием того, что личная свобода нуждается в общественных гарантиях, причем не только в государственно-правовых, но в и гарантиях, достигнутых в результате общественной договоренности граждан между собой и граждан с властью.

Для перехода российского общества от постоталитарной к социальной либеральной модели очень важно, чтобы идеи и ценности социального либерализма постепенно превращались в модели массового социального поведения.

По утверждению М.Делягина, «в сознании россиян уже произошел синтез разнородных либеральных и «государственнических» идей. Результат этого синтеза на общественно-политическом поле можно окрестить «социальным» либерализмом: он дополняет либеральные идеалы личной свободы признанием необходимости социальной ответственности и важности минимально необходимого государственного регулирования как стержня рыночных отношений».[34]

Социальный либерализм акцентирует внимание на человеке и обществе, подразумевает консенсус не относительно идейных клише, а относительно форм жизни и принципов отношений между индивидуумом, обществом и государством. В качестве первоочередных задач в российских условиях исследователи выделяют формирование гражданского общества и политическую артикуляцию гражданского общества.

На данное противоречие, которое становится все более очевидным, акцентируют внимание актуальные левые, связывая его с несоответствием развития свободных общественных объединений, свободной экономики, свободных людей и государственных институтов.

В качестве потенциального резерва социального либерализма следует выделить экономику, основанную на новейших информационных технологиях. Такая экономика формирует совершенно нового работника - человека высокоинтеллектуального творческого труда. Успешно создавать и осваивать новые технологии могут, прежде всего, люди свободные, не стесненные тоталитарным прессом, не подавленные страхом, имеющие доступ к разнородным источникам информации по всему миру.

Для перехода российского общества от посттоталитарной к социальной либеральной модели очень важно, чтобы идеи и ценности социального либерализма постепенно становились моделями массового социального поведения.

По мнению 20% респондентов, наиболее подходящей для России является шведская модель социализма, где экономика построена по капиталистическому принципу, а социальная сфера - по социалистическому. Причем чем выше уровень образования респондентов, тем больше они предпочитают шведский вариант социализма советскому (по данным позициям высказались соответственно 29% и 7% респондентов с высшим образованием).[35]

Для современной российской политической практики является также актуальной работа видного деятеля итальянского социалистического движения Карло Россели – автора книги «Либеральный социализм», написанной в конце 1920-х гг. Необходимость обратиться к произведению итальянского исследователя, по мнению Б.Славина, заставляет, с одной стороны, «неэффективность бюрократического социализма и соответствующего ему догматического марксизма, с другой – полная неэффективность либеральной политики…».[36]

К.Россели стремился соединить либеральную идею свободы, определяемую как активность и самодеятельность человеческой личности, с идеей справедливости и социализмом. Он рассматривал либерализм, прежде всего экономический, в качестве причины возникновения социализма, и отмечал, что в результате пройденного пути позиции, первоначально антагонистические, постепенно сближаются: либерализм все больше включается в общественные проблемы, а социализм избавляется от утопизма и становится восприимчив к проблемам свободы и самостоятельности. «Эти два возвышенных, но односторонних видения мира движутся по пути взаимопроникновения и взаимодополнения»,[37] что выражается в формуле: если либерализм должен стать воплощением борьбы пролетариата, то социализм - либеральным. Следовательно, и либерализм, и социализм со временем наполняются новым содержанием.

В качестве основных практических ориентиров Россели выделяет следующие:

­       защита демократических институтов и самоуправления;

­       полное обновление социалистической идеологии в духе лейбористско-либерального мировоззрения;

­       отказ от классовой культуры,  так как по его убеждению можно иметь классовое влияние на искусство, но не классовое искусство;

­       признание интеллектуальной терпимости и отказ от господства какой-либо одной философской школы;

­       преодоление пренебрежением ценностями национальной жизни и отказ от абсолютизации интернационализма;

­       сосуществование наряду с экономикой капиталистического типа кооперативных, коллективных, индивидуальных и других типов собственности;

­       отказ от подмены всего народа только его частью, например, рабочим классом;

­       стремление социалистов, пришедших к власти, править не для себя, а для всех. [38]

Идеи социального либерализма и либерального социализма становятся актуальными для российского общества, которое вышло из тоталитарного прошлого, познало вкус свободы, но не порвало окончательно с патерналистскими ожиданиями. Российские политические партии следят за идеологическими предпочтениями граждан и соответствующим образом на них реагируют. Популярность левых идей приводит к сближению позиций политических партий по принципиальным вопросам, к использованию социалистической риторики в программных заявлениях правых. Вопросы социальной справедливости находят достойное место в политических программах всех партий.

В то же время политические партии воспринимают либеральные ценности, зачастую громогласно не признавая их, но, не игнорируя в своих программах. Рынок, собственность, свобода и права человека отражены во всех программных документах, в которых нет отказа от строительства капитализма. В Манифесте политической партии «Справедливая Россия» содержится лишь следующая декларация: «Мы не хотим строить в России дикий капитализм[39]

То есть ценности социализма и либерализма на современном этапе развития общества превалируют. Следовательно, вектор развития партий направлен на отражение и реализацию тех ценностей, которые в данный период востребованы, что приводит к созданию универсальных политических партий.

Идеология актуальных левых соответствует в большей степени либеральному социализму, так как за основу все же берутся социалистические ценности, которые дополняются либеральным содержанием, а не наоборот. В одном из телевизионных интервью лидер политической партии «Справедливая Россия», претендующей на роль «актуальных левых», С.М.Миронов, дистанцируя «Справедливую Россию» от КПРФ, заявил о том, что «коммунисты пытаются идти вперед с головой, повернутой назад», то есть без учета вполне очевидных современных ценностей, которые восприняты большинством российских граждан. На эту же тенденцию указывает и Б.Славин, заявляя, что существенным недостатком левых в России являются «традиционализм, инертность и отсутствие конкретных дел и поступков в деле защиты и освобождения трудящихся».[40]

Можно предположить, что актуальные левыеэто модернизированные левые, воспринимающие как либеральные ценности, так и демократические. В отличие от западноориентированного левого либерализма, характерного для развитого демократического общества, актуальные левые полагают, что «свобода и демократия должны опираться не только на общие стандарты гражданского права, но и на национальные традиции, на потенциал русской культуры».[41]

В программе политической партии «Справедливая Россия» в качестве цели заявляется «построение в России сильного социально ориентированного справедливого государства».[42] Современное государство может быть сильным, только развивая рыночную экономику, и в данном контексте можно согласиться с Ю.Г.Коргунюком в том, что «левое общество - это расслабленное общество. Оно не способно ни на что, кроме как плыть по течению и проедать накопленные запасы».[43] Это хорошо понимают актуальные левые, что сближает их идеологические позиции с либеральными.

Как мы видим, без либеральных ценностей не обходится современная социалистическая идея. Либеральная свобода, дополненная рузвельтовским (32-ой президент США) пониманием свободы, как свободы от нужды, от страха, от унижения, органично воспринимается современным обществом, что является убедительным поводом для левых включить ее в свой ассортимент ценностей. Россия также не может отказаться от таких норм демократии, которые связаны с либерализмом – права человека, частная собственность, толерантность, уважение достоинства личности, соблюдение законов.

Для современных левых актуально положение, в соответствии с которым необходимо постоянно пересматривать свою позицию и руководствоваться не созерцанием прошлого или будущего, а адекватно реагировать на вызовы современности в соответствии со своими идеологическими ориентирами и свободной волей.

В период «холодной войны» Франц-Йозеф Штраус высказал следующую мысль: «попытаться преобразовать социалистическую систему в либеральное общество с плюрализмом и рыночной экономикой равносильно поджарить на огне снежки».[44] Актуальные левые не преобразуют разрушенную социалистическую систему, а пытаются, не отвергая воспринятые обществом либеральные ценности, дополнить их социальным и национально-ориентированным содержанием, таким образом, гуманизируя либерализм, реанимируя принцип социальной справедливости в его новом, актуальном для современной России, содержании.

 

[1] Сирота Н.М. Мировые политические идеологии. СПб, 2008. С.142.

[2] Струве П.Б. О мере и границах либерального консерватизма // Полис. 1994. № 3. С.133.

[3] Матвеева С.Я. Консервативный либерализм в современной России. Либерал-радикальный проект в консервативной среде. // URL: http://www.libertarium.ru

[4] Чичерин Б.Н. Различные виды либерализма // Опыт русского либерализма. Антология. М., 1997. С.49-50.

[5] Послание Президента России Федеральному Собранию Российской Федерации // URL: http://www.kremlin.ru/appears/2004/05/26/2003_type63372_71501.shtml

[6] Бердяев Н.А. Философия неравенства // Бердяев Н.А. Судьба России. М., 2000. С.567.

[7] Струве П.Б. О мере и границах либерального консерватизма // Полис. 1994. № 3. С.132-133.

[8] Мещерский В.П. Нечто о консерватизме у России // Родина. 1993. N 5-6. С.52.

[9] Рормозер Г. Новый консерватизм: вызов для России. М., 1996. С.60-61.

[10] Политика: Толковый словарь: Русско-английский. М., 2001. С.263.

[11] Загородников А.Н. Либеральный консерватизм на Западе: истоки и перспективы // Либеральный консерватизм: история и современность. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. М., 2001. С.374.

[12] Рормозер Г. Кризис либерализма / Пер. с нем. M., 1996. С.85.

[13] Чичерин Б.Н. Различные виды либерализма // Опыт русского либерализма. Антология. М., 1997. С.41.

[14] Милль Д.С. О свободе. СПб., 1900. С.109.

[15] Бауман З. Текучая современность. СПб., 2008. С.10.

[16] Леонтович В.В. История либерализма в России. 1762-1914. М., 1995. С.2-3.

[17] Там же. С. 22.

[18] Заславская Т.И. Современное российское общество: Социальный механизм трансформации. М., 2004. С.60.

[19] Послание Федеральному Собранию Российской Федерации // URL: http://www.kremlin.ru/appears/2005/04/25/1223_type63372type82634_87049.shtml

[20] Бренер А., Шурц Б. Маленькое письмо о большой «левой идее». // Логос. 2001. №1. http://www.ruthenia.ru/logos/number/2001_1/2001_1_11.htm

[21] Философия, консюмеризм и левая идея // Логос. 2000. №3. http://www.ruthenia.ru/logos/number/2000_3/01.htm

[22] Коргунюк Ю.Г. Бесконечно долгий левый дрейф. Российская партийная система зимой 2006/2007 г. // Полития. Зима 2006-2007. №4 (43). С.158.

[23] Красин Ю.А. Публичная политика: либеральная и коммунитарная составляющие // Дифференциация российского общества в зеркале публичной политики. Под ред. Ю.А.Красина. М., 2004.  С.13.

[24] Зорькин В. Стандарт справедливости // Российская газета. 2007. 8 июня. С.13.

[25] Чадаев А. Путин. Его идеология. М., 2006. С.96.

[26] Зорькин В. Стандарт справедливости // Российская газета. 2007. 8 июня. С.13.

[27] Якимец В.Н. О переформировании подхода к социальной справедливости в России // «Актуальные левые» в международном и российском политическом контексте. Сб.ст. / Под ред. Л.В.Сморгунова. СПб., 2007. С.114.

[28] Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.8.

[29] Русская национальная идея: частная собственность национальный суверенитет. Пресс-выпуск № 626 // URL: http://wciom.ru/arkhiv/tematicheskii-arkhiv/item/single/3972.html

[30] Красин Ю.А. Публичная политика: либеральная и коммунитарная составляющие // Дифференциация российского общества в зеркале публичной политики. Под ред. Ю.А.Красина. М., 2004.  С.14.

[31] Humphrey John, Human Rights and the United Nations: A Great Adventure. N.Y., 1984. P.39.

[32] On Norberto Bobbio`s theory of democracy // Polit. Theory. Newbury Park etc., 1997. Vol. 15. №3. P.377-400.

[33] Капустин Б. К вопросу о социальном либерализме // Логос. 2004. № 6. С.72.

[34] Цит. по: Шушарин Д. Социальный либерализм как идентификационно-коммуникативная проблема // Логос. 2004. №6. С.66.

[35] Социализм в России: возможен ли он? И нужен ли? Пресс-выпуск № 656. // URL: http://wciom.ru/arkhiv/tematicheskii-arkhiv/item/single/4243.html

[36] Славин Б. «Либеральный социализм» Россели и современность // Свободная мысль. 2007. №5. С.167.

[37] Россели К. Либеральный социализм. Б/м.: Mondo operaio, 1989. С.17-18.

[38] Там же. С.130-178.

[39] Манифест. Официальный сайт политической партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: РОДИНА / ПЕНСИОНЕРЫ / ЖИЗНЬ" // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_368/

[40] Славин Б. «Либеральный социализм» Россели и современность // Свободная мысль. 2007. №5. С.181.

[41] Программа партии. Официальный сайт политической партии «Справедливая Россия: Родина, Пенсионеры, Жизнь» // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_371/

[42] Там же // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_371/

[43] Коргунюк Ю.Г. Бесконечно долгий левый дрейф. Российская партийная система зимой 2006/2007 г. // Полития. Зима 2006-2007. №4 (43). С.160.

[44]  Цит. по: Рормозер Г., Френкин А.А. Новый консерватизм: вызов для России. М., 1996. С.28.

К оглавлению спецкурса

На первую страницу