Тема 15. Политическая социализация

1. Понятие и типы политической социализации

Социализация есть процесс, посредством которого люди приобретают опыт, понимают суть культуры, в которой они ро­дились, и осваивают установки, соответствующие их социальным ро­лям. Люди почти не имеют врожденных моделей поведения. Но они в гораздо большей мере, чем любое животное, наделены способностью усваивать сложные навыки (например, язык). Социализация дает лю­дям не только возможность общаться между собой посредством ос­военных ролей, но и обеспечивает сохранение общества в ходе смены поколений, прививая новым членам общества общепринятые идеалы, ценности, образцы поведения. Наряду с общей социализацией про­исходит и политическая социализация индивидов, становление их гражданской и политической идентичности. Процессы политической социализации имеют особо важное значение в современном демокра­тическом обществе, в котором права и свободы человека, его включен­ность в политику являются одним из краеугольных камней политичес­кой системы и гражданского общества.

Политическая социализация есть процесс усвоения индивидом политической культуры общества, его политических ценностей, норм, традиций, моделей политического поведения. Благодаря процессу по­литической социализации обеспечивается воспроизводство полити­ческой системы общества, усвоение политических ролей, интеграция индивидов в политику.

Функция политической социализации состоит в том, чтобы обеспе­чить непрерывность функционирования и развития политической систе­мы на основе преемственности поколений. Политическая социализация не только обеспечивает непрерывную вертикальную связь поколений, что является предпосылкой непрерывного функционирования полити­ческой системы, но, кроме этого, она придает горизонтальную устой­чивость обществу, и это выражается в его гармонизации, сплоченности и гражданском мире. Итак, политическая социализация — это процесс постоянного обучения, в ходе которого индивид осваивает культуру и приспосабливается к обществу, которое для него (индивида) является жизненной средой.

Вовлеченность в политическую жизнь во многом определяется свя­зями отдельного человека с себе подобными, наличием возможностей для обмена информацией, для выработки удобных и взаимоприемлемых правил человеческого общежития. В современной социологии и поли­тической психологии продуктивно занимались проблемами социали­зации Н.В. Андреенков, В.Т. Лисовский, Н.А. Головин, В.Н. Шубкин, Е.Б. Шестопал, В.А. Ядов.

В работе Е.Б.Шестопал дается анализ нескольких концепту­альных подходов к анализу политической социализации.

В психоаналитическом подходе акцент делается на верховенстве биологического над социальным, раскрепощении бессознательной мотивации (традиции фрейдизма). От антропологической школы идет представление о социализации как инкультурации - передаче куль­турного наследия, отражающего национальный характер.

В соответствии с традицией функционализма (идущей от Т. Парсонса), социализация — ролевая тренировка, адаптирование индивида к готовым шаблонам поведения, передача от поколения к поколению целей и образцов поведения.

От бихевиористской (поведенческой) традиции в социологии раз­вивается взгляд на социализацию как на обучение навыкам при соот­ветствующих поощрениях-наказаниях.

Когнитивная (познавательная) модель социализации представляет, что на человека менее всего влияют разные факторы и социализирующие агенты. Обществу нужны мыслящие личности, способные усваивать и пе­редавать информацию. Научение сводится к развитию познавательных способностей человека, его моральных и эмоциональных качеств. Про­цесс социализации — это постепенное вызревание личности.

В постбихевиористских концепциях главный упор делается на идею господства-подчинения, столкновения интересов, незыблемость неравенства и элитарности.

Социально-психологический подход к исследованиям социализа­ции во многом аналогичен подходу культурной антропологии, пред­ставители которой изучают национальные особенности социализации путем сравнения (кросс-культурные исследования). Важное место отводится роли родителей, возрастным статусам, обычаям и обрядам, т. е. тем агентам и механизмам социализации, которые формируют эт­ническую идентичность народа. Она, в свою очередь, связана с поли­тической идентичностью через вхождение национальных ценностей в гражданскую идентичность.

Кроме того, культурно-антропологические исследования демонс­трируют многообразие путей и результатов социализации у разных на­родов. Наиболее известным произведением такого рода в XX в. стало исследование социализации детей на о. Самоа, выполненное М. Мид (1928 г.). С его помощью М. Мид опровергла расхожий тезис о сущест­вовании универсальных форм человеческого поведения. Ей удалось продемонстрировать, что подавляющее большинство «естественных способов поведения» являются всего лишь результатом социализации в конкретной культуре. Не менее убедительные материалы на этот счет со­держатся в книге датско-американского психоаналитика и социолога Э. Эриксона «Детство и общество». Позитивный вклад этих произве­дений и культурно-антропологического подхода в целом в исследова­ния социализации состоит в предостережении ученых от стереотипов по поводу «единственно верных» целей и систем социализации, якобы имеющих место лишь в своей культуре.

Процессы политической социализации происходят как на инди­видуальном, так и на надиндивидуальном уровнях. В социально-психологических теориях в основном акцент делается на индивидуально-личностный аспект политической социализации, в социологических теорияхна надиндивидуальный.

Логично предположить, что агенты, институты, механизмы, фак­торы и результаты социализации на надиндивидуальном уровне не совпадают целиком и полностью с теми, которые воздействуют на от­дельного индивида. Иными словами, меняется масштаб и качественный уровень изучения процесса социализации, а не просто число отно­сящихся к ней проблем. В поле зрения социолога попадают процессы исторического масштаба, эффекты социализации рассматриваются на уровне различий в исторических поколениях, в то время как в случае психологического и социально-психологического подхода этого обыч­но не происходит. На уровне массовой социализации, рассматриваемой в социологическом аспекте, ключевыми для понимания результатов со­циализации становятся не только яркие исторические и политические события, но и латентные социально-экономические и политические процессы, свойственные определенному историческому периоду.

В качестве важнейшего агента политической социализации на уров­не массового процесса выступает элита, как политическая, так и интел­лектуальная. В качестве «значимого другого» место отдельного лица скорее всего займет либо она же, либо идеологическая доктрина, либо общественно-политическое устройство других стран как образец для подражания.

Как интересный и перспективный вариант развития социологиче­ской теории политической социализации можно предложить концепцию Н.А. Головина, в которой он описывает социализацию как сложный ку­мулятивный процесс, развертывающийся во времени, результатом ко­торого является формирование целого политического поколения.

Социологический подход к изучению политической социализации связан с исследованием структур общества, организующих процессы социализации. Социология исследует социальные и политические ин­ституты, оказывающие воздействия на процессы политической социа­лизации. Социологический подход «означает изучение политической социализации как общественно организованного процесса на массовом уровне с использованием теоретических и эмпирических методов соци­ологии». Политическую социологию интересуют не толь­ко проблемы формирования политически зрелой личности, но и орга­низация этого процесса в обществе, роль в нем политической системы в целом и каждого института в отдельности. Особое внимание полити­ческая социология уделяет таким вопросам, как организация системы политической социализации в различных типах общества (стабильных, нестабильных, переходных), влияние типа политической культуры на процессы социализации, роль государства в разработке и осуществле­нии национальной политики в области политического воспитания и об­разования граждан, структура и особенности взаимодействий между различными социальными и политическими поколениями.

Политическая социализация может осуществляться двумя основ­ными путями.

Первый — это передача новым поколениям политичес­кого опыта предшествующих поколений, опыта, воплощенного в нор­мах политической культуры. Такая передача происходит в процессе семейного воспитания, обучения в школе, через СМИ.

Второй путь — это приобретение личностью новых, ранее неизвестных политических знаний, усвоение нового, ранее неизвестного политического опыта. В реальной жизни оба эти направления переплетаются.

Социализация может быть прямой — политические собрания, ми­тинги, избирательные кампании, политическая пропаганда, изучение политической жизни по школьной (вузовской) программе, и косвен­ной — например, невольное подражание детей родителям в полити­ческих предпочтениях.

В западной социологии на основе характера политических цен­ностей и норм, предписывающих индивидам определенные образцы политического поведения, выделяется несколько типов политической социализации.

Гармонический тип политической социализации предполагает на­личие культурно однородной среды, зрелых демократических традиций и гражданского общества, которые обеспечивают уважительный диалог индивида и власти. Предполагается, что подобная степень культурной однородности характерна для британо-американской культуры. Власть и индивид в ней привержены общепринятым идеалам, нормам и ценнос­тям, что позволяет новым поколениям безболезненно входить в полити­ческую жизнь. Хотя следует признать, что однородность данной куль­туры нередко преувеличивается.

В странах материковой Западной Европы преобладает плюралисти­ческий тип политической социализации, которому свойственен опосре­дующий характер взаимодействия личности с властью. Наличие значи­тельного числа разнородных субкультур предполагает первоначальную политическую социализацию индивида в границах идеалов и ценнос­тей своей культурно-этнической группы. Однако конфессионально-культурное многообразие не препятствует достижению консенсуса участников политического взаимодействия благодаря высокому уров­ню жизни большинства социальных групп, наличию многочисленного среднего класса, а также существованию единого культурного «кода». Он представлен ценностями либеральной цивилизации (свобода, част­ная собственность, индивидуализм, права человека, демократия, плю­рализм и т. д.).

Общества незападной цивилизации характеризуются конфликтным типом политической социализации. Высокий уровень нищеты боль­шинства населения, жесткая приверженность индивида местническим ценностям клана, рода, племени затрудняли достижение согласия меж­ду носителями различных ценностей и властью. Значительная культур­ная неоднородность является основой существования в этих обществах высокой степени политического насилия. В качестве примера можно привести ситуацию в Афганистане, где ориентация на племенные цен­ности фактически расколола его на два государства: на севере — таджикско-узбекское, и на юге — пуштунское.

Западные авторы выделяют гегемонистский тип политической со­циализации, предполагающий вхождение человека в политику исключи­тельно на основе ценностей какого-либо класса (например, буржуазии или пролетариата), определенной религии (например, ислама) или поли­тической идеологии (например, коммунизма, национализма, фашизма и т. д.). Этот тип политической социализации характерен для закрытых политических систем, которые критически относятся к ценностям иных систем. Такой тип политической социализации существовал в России в советское время, а также в странах социалистической системы.

2. Этапы политической социализации

В западной политической социологии на основе эмпирических ис­следований, проводившихся в США и других странах, как правило, вы­деляются три важнейших этапа политической социализации.

Первыйв возрасте от 3-5 до 12-13 лет — характеризуется тем, что первоначально ребенок идентифицирует себя с родителями, ко­торые принимаются за образец, являются примером для подражания. В возрасте 7-13 лет ребенок начинает понимать и воспринимать более абстрактные (безличностные) политические символы. В этом возраст­ном промежутке увеличивается политическая информированность.

Важное место на первом этапе социализации личности принадле­жит семье. Свой вклад в политическую социализацию вносят школа, система образования в целом, церковь, государство, политические партии и общественные движения. В современном обществе сущест­вуют специальные системы политической социализации — политиче­ское воспитание и политическое образование, поддерживаемые, т.е. финансируемые государством, ориентированные прежде всего на мо­лодежь. На личностном уровне политическая социализация осущест­вляется в малых и больших социальных группах, в которые включен индивид. Процессы политической социализации нередко описывают в терминах социальной психологии: заражение, внушение, подражание, идентификация. На внутриличностном уровне механизмами полити­ческой социализации выступают мотивы, ценности, ценностные ори­ентации, установки.

Замечено, что наиболее прочные ценности, нормы и политические предпочтения приобретаются под воздействием преобладающих в се­мье настроений. Семья оказывает сильное влияние на формирование базовых политических ориентаций у детей. В зарубежной научной ли­тературе она рассматривается как ключевой агент, через который поли­тическая культура передается от одного поколения к другому. Вместе с тем отмечается и то, что социализирующая и политизирующая роль семьи во многом зависит и от того, насколько активно в процессе по­литической социализации участвуют другие институты и организации общества.

Во-первых, семья передает подросткам, как правило, прежде всего одобряемые ею политические ценности путем примера и непосредс­твенного обучения.

Во-вторых, семья развивает личность ребенка, воспитывая у него определенные нравственные качества: доброту, нежность, коварство, жестокость и др., которые при вхождении подростка в мир политики могут во многом предопределить его политическое поведение.

В-третьих, влияние семьи на ребенка особенно эффективно в по­литическом смысле, если родители и родственники имеют однородные социально-политические взгляды, придерживаются сходных полити­ческих ценностей.

Семья как социализирующий фактор выступает в качестве закреп­ляющей, но не всегда инициирующей структуры политической социа­лизации. Она передает политические установки, которые могут уже не соответствовать изменившимся обстоятельствам, мешают правильной ориентировке в текущий момент. Политическая социализация, осущест­вляемая семьей, имеет те недостатки, что не всегда учитывает изменения политических ориентаций со сменой поколений, которые часто соответ­ствуют и смене политических вех развития, а также политических пред­ставлений по мере социально-политического становления личности.

На втором этапев возрасте от 13 до 18 летформируется поли­тическое «Я». Эмоциональные чувства по отношению к политическим институтам, символам, властям дополняются знанием специфических ролей и функций, которые выполняют те или иные институты. Он еще называется подростковым этапом социализации и характеризуется тем, что разроз­ненная и отрывочная политическая информация начинает складываться в определенную систему, где уже есть место не только отдельным моментам политической жизни или отдельным общественным фигурам. Обычно в этом воз­расте в процессе обучения в школе и в ходе общения в семье у подростка формируется представление о политической жизни, о структуре власти, о целях общества и государства. В эти годы подростки, по крайней мере, наиболее продви­нутые в своем развитии, имеют представление об общей политической ситуации в стране. В их сознании находят отражение важнейшие события, происходящие в обществе. И наконец, в этом возрасте могут реализоваться первые попытки приобщения к деятельности общественных орга­низаций, в том числе имеющих и политическую ориента­цию. Именно в этот возрастной период шло приобщение к скаутским организациям, к комсомолу, к другим суще­ствующим общественно-политическим движениям.

Третий этапс 18 лет — отличается тем, что человек вступает в та­кие же отношения с миром политики, как и старшие по возрасту люди. 18 лет считаются во многих обществах рубежом, с кото­рого начинается полноправное участие человека в поли­тической жизни. К этому периоду происходит не только его гражданское становление, но он приобретает все права и обязанности, которые вытекают из его положения как политического человека. Предполагается, что именно к совершеннолетию у человека складывается его миро­воззрение, с которым он вступает в жизнь и которым он собирается руководствоваться в будущем. К этому пери­оду у большинства молодых людей отчетливо проявляются политические симпатии или антипатии, а для некоторой части молодежи участие в политических процессах стано­вится одним из важных компонентов их взрослой жизни. Иначе говоря, к этому времени человек становится полно­правным субъектом политического пространства. Являясь структурным элементом класса и нации, человек в то же время в зависимости от конкретных обстоятельств самосто­ятельно «включается» в политическую деятельность, оли­цетворяет ту или иную степень воплощения политических отношений общества.

Отметим, что, начиная с раннего детства, политическая социали­зация продолжается всю сознательную жизнь, поскольку раз приобре­тенные представления, ориентации, установки не остаются навсегда не­изменными; они могут корректироваться, меняться и в зрелом, и даже в преклонном возрасте. В этой связи следует обратить внимание на то, что в возрасте около 45 лет у человека происходит изменение поведен­ческой стратегии. Он переходит от инновационного к адаптивному по­ведению. Человек и даже целые социальные группы в процессе своей жизни могут менять свои политиче­ские ориентации и соответственно изменять формы, виды и направленность своей политической деятельности. Осо­бенно часто это происходит при изменении политиче­ского строя, режима и состава основных политических участников в стране, гражданами которой они являются.

Содержание и особенности политической социализа­ции зависят от многих факторов: а) макросреды — эпохи, международных отношений, государства, нации; б) мезосреды — социальной принадлежности к определенной группе населения, политической культуры, средств мас­совой информации и т.п.; в) микросреды — институциона­лизированных и неформальных общностей, школы, семьи, непосредственного окружения; г) индивидуальных особен­ностей человека и самовоспитания.

Сегодня процесс поли­тической социализации во многом определяется влиянием средств массовой информации, которые обеспечивают самый быстрый вариант такой социализации. Радио, телевидение, в последнее время и Интернет, оказывают существенное воздействие на индивидуальные и надиндивидуальные ценности, установки, стереотипы и нормы пове­дения. Они становятся в развивающемся открытом информационном обществе важными средствами социализации, и поэтому — объектом острой политической борьбы.

Но решаю­щую роль в политической социализации, которая вопло­щается в соблюдении прав и обязанностей граждан, отво­дится государству.

Таким образом, политическая социализация — это слож­ный, многоступенчатый и многогранный процесс приобще­ния к политической жизни, определения своего места в про­цессе взаимоотношений с обществом и государством.

3. Проблемы политической социализации в странах развитой демократии

Политическая социализация осуществляется по-разному в зависи­мости от уровня развития общества и типа его политической системы. В демократических обществах она направлена на сохранение существу­ющей политической системы на основе признания и уважения гражда­нином основных ее принципов, норм и ценностей, а именно, принципов политического плюрализма, уважения прав и свобод человека и граж­данина, обеспечения политических и экономических условий активного участия в политике, право каждого на выбор собственных политических взглядов и убеждений.

В авторитарном обществе социализация тоже, конечно, направ­лена на сохранение существующей политической системы, однако на основе иных принципов и норм. Здесь она осуществляется в силь­но институционализированной и во многом этатизированной форме, ограничивающей право человека на выбор собственных политических взглядов и убеждений. Система ограничивает развитие политического плюрализма, создает единообразную модель политической социали­зации для различных социальных групп и принуждает большинство граждан быть по отношению к себе лояльным.

В этом плане показательны исследования проблем политической социализации в американской науке. Социологи еще в начале XX сто­летия обратили внимание на особенности политического развития США, в которых, в отличие от Европы, не получили поддержку и не приобрели широкого размаха ни рабочее, ни коммунистическое дви­жения.

Ранние американские работы по политической социализации не слишком политизированы. Они были стимулированы аполитичностью американской молодежи. Их предмет может быть выражен в выска­зывании о пяти классических проблемах политической социализации: «Кто, кого, где, когда и как подвергает политической социализации?» Если первые три вопроса в настоящее время довольно хорошо изуче­ны, то последние, «когда» и «как», до сих пор требуют разработки, хотя протекание социализации в семье изучается давно.

Во многом под влиянием теоретических положений психоанализа 3. Фрейда и работ представителей франкфуртской школы, особенно книги «Авторитет и семья» (Париж, 1936), написанной М. Хоркхаймером, Э. Фроммом и Г. Маркузе, в ранних американских исследованиях утвердилась позиция, что опыт раннего детства, приобретенный в семье, представляет собой «независимую переменную» и определяет дальней­ший процесс политической социализации человека.

Американские ученые собрали множество сведений и фактов о по­литическом мире ребенка, подтверждающих этот тезис. Они доказали, что даже очень маленькие дети не являются tabula rasa в политическом отношении. Не участвуя в политической жизни, они, тем не менее, уже в первом классе различают обе основные политические партии США. Большинство из них даже пытается идентифицировать себя с одной из них, хотя никто не разбирается в партийных программах. Такие зна­ния осваиваются лишь в возрасте 15—19 лет.

Наиболее интенсивно эмпирические исследования политической социализации в США проводились в 1970-е годы. Эти исследования по­казали, что в детском сознании образ «правительства» связан главным образом с президентом, «закон» в детском сознании ассоциируется с полисменом (причем не просто полисменом, а с конкретным челове­ком, тем, кого они видят ежедневно на своей или на соседней улице). Дети персонифицируют понятия, привязывают их к легко узнаваемым типажам. Проведенные еще до 1970-х годов исследования свидетель­ствуют о том, что школьники вторых-восьмых классов считают, что президент — более, чем все, честный, дружелюбный, знающий и ра­ботающий человек. Большинство американских детей в конце 1960-х годов называли президента «лучшим человеком в мире». Исследова­ния показали, что обучавшиеся в начальной и неполной средней школе дети не только негативно восприняли скандал, задевший Никсона, но также перенесли свое негативное отношение на президентство как на должность и на правительство в целом. Например, за 12 лет (период между 1962 и 1974 годами) число позитивно относившихся к прези­денту детей, обучавшихся во 2-6-х классах, уменьшалось катастрофи­чески. В 1962 г. 50-67% детей утверждали, что президент «всегда (или почти всегда) поможет мне, если нужно»; «он всегда (или почти всегда) держит данные обещания», «он лучше всех». К 1974 г. только 33% шес­тиклассников знали о существовании должности президента, только 25% могли точно назвать его имя и фамилию, только 10% возлагали на него свои надежды и восхищались им. Уоттергейтский скандал так­же оказал влияние на рост политического цинизма среди школьников, хотя трудно утверждать, что детские взгляды на президентство могли сохраниться до того времени, когда именно эти школьники получили право голосовать.

Эмпирически доказанный факт высокой преемственности партий­ных предпочтений в поколениях американской семьи (расхождение у детей и родителей наблюдается лишь в 10 % случаев) укрепляет тезис об определяющей роли семьи в ходе политической социализации. Ее эффективность объясняется тем, что семейные роли и поведение роди­телей, старших братьев и сестер еще до поступления ребенка в школу дают ему значимый пример лояльности к политической системе, пози­тивно окрашенную эмоциональную связь с ее институтами и символами. В силу трансляции политических установок на раннем этапе развития ребенка они приобретают фильтрующее воздействие в процессе даль­нейшего накопления им политического опыта.

Таким образом, большое политико-социализирующее воздействие семьи приписывается ее длительному повседневному латентному вли­янию. Действительно, как отмечает американский исследователь Д. Истон, климат в семье редко является результатом сознательного творчества. Отсюда следует преимущественно консервативная направ­ленность политической социализации в американской семье. В качестве аргумента в пользу этого вывода можно указать на тезис Э. Фромма о том, что семья выступает «психологическим агентом общества», т.е. средой, посредством которой конкретное общество приобщает ребенка к жизни в нем. В семье социальные ценности и нормы, правила и навыки поведения впервые усваиваются под воздействием «значимых других» (Дж. Г. Мид), кажущихся ребенку непререкаемыми авторитетами.

В американских трудах заложены основы социологического изу­чения формирования определенного политического типа личности. Они также связаны с работами представителей Франкфуртской шко­лы в военные и первые послевоенные годы. Речь идет, прежде всего, об анализе авторитарной личности.

Отличительной чертой такой личности выступает чрезмерно жест­кая система социальных установок. Подобные люди чувствительны к атрибутам власти, отдают предпочтение социальным стереотипам, личностную близость рассматривают как неприемлемую.

Значение этого научного проекта для дальнейших социологических разработок политической социализации чрезвычайно велико. Оно за­ключается как в разработке и применении шкал для эмпирического изу­чения политических установок, так и в выявлении политических условий и механизмов формирования авторитарной личности, условий восприятия фашизма и антисемитизма. Исследование повлекло за собой множество подражаний, работ по изучению так называемой «антиавторитарной» и «демократи­ческой личности». Его влияние можно проследить вплоть до изучения «советского человека» под руководством Ю.А. Левады.

В американских исследованиях политической социализации было обнаружено, что дети из низших социальных слоев рано замечают свое низкое социальное положение. Уже в третьем классе школьни­ки хорошо разбираются в престиже профессии, понимают, что бывает привлекательная и менее привлекательная работа. Это обстоятельство становится значимым фактором политической социализации.

Таким образом, в ранних американских исследованиях политиче­ской социализации содержится много результатов, имеющих теорети­ко-методологическое значение за пределами отдельной политической культуры. Последний из названных — большое значение социального неравенства для хода и результатов политической социализации — по­лучил дальнейшее развитие в европейских исследованиях и рассмат­ривается ниже на примере германских работ.

Исследования политической социализации в Германии в 1960- 1970-х гг. поначалу находились под влиянием американских. Возвра­щение в страну из США представителей Франкфуртской школы ока­зало сильное влияние на западногерманское сообщество и социологию. Например, изучение политического сознания студентов в проекте «Сту­дент и политика» Ю. Хабермаса и др. способствовало возникновению движения новых левых в ФРГ.

В западногерманских работах того времени было установлено, что тезис о трансляции политических установок в семье от поколения к по­колению подтверждается в Европе лишь частично. Так, согласно срав­нительному исследованию К. Алербека и др., выполненному в восьми странах, корреляция между политическими установками родителей и 16-20-летних детей хотя и составляет 0,83, но резко падает в вопросах об отношении к студенческому движению протеста (0,26), его тактике (0,30), силовым акциям (0,33). «У молодого поколения всех стран связь с этаблированными институтами оказывается меньшей, а готовность поддержать движения протеста больше, чем у родителей», — конста­тируют исследователи».

Другой немецкий социолог, Г. Штайнкамп, с целью изучения меха­низмов воспроизводства социального неравенства предложил исполь­зовать социально-структурный подход в исследовании политической социализации. Согласно его выводам, низкое социальное положение семьи является началом кумулятивного усиления экономической, со­циальной и культурной обделенности ее членов, затрудняющего раз­витие когнитивных, мотивационных, речевых и социальных навыков у ребенка, важных для успешной учебе в школе. Система школьного образования скорее закрепляет, чем выравнивает это неравенство, и содействует приобретению профессии примерно такой же престиж­ности, что и у родителей.

К аналогичным выводам пришли и британские ученые, проводившие свои исследования в 70-х гг. XX столетия (Э.Гидденс). Они пришли вновь к выводу, что успех и в образовании, и в профессиональ­ном росте определяется в основном семейными обстоятельствами, что система образования во многом воспроизводит социальное неравенство и способствует формированию базовых политических установок.

Социально-структурный подход в исследовании политической соци­ализации, как отмечает Н.А. Головин, позволяет изучить базовые поли­тические установки не только в зависимости от классовых показателей социального неравенства (доход, престиж профессии родителей, уровень образования), но и от неограниченного числа других его индикаторов (вид дохода, район проживания, национальность родителей, их культур­ный уровень, социальные связи, стиль жизни).

4. Особенности политической социализации в странах новой демократии

Трансформация политической системы российского общества вы­звала к жизни несколько взаимосвязанных тенденций, влияющих се­годня на процессы политической социализации.

Во-первых, произошла деполитизация и деидеологизация основ­ных сфер жизнедеятельности общества: экономики, культуры, обра­зования, досуга. Сама политика стала существовать более свободно и автономно от остальных сфер общества и осуществляться на основе новых принципов, таких как, например, политический и идеологиче­ский плюрализм, политическая конкурентность, приоритет прав и сво­бод человека, федерализм и т. д.

Во-вторых, изменились не только содержание политики и ее прин­ципы, но и институциональные основы, сформировались новые инс­титуты и правила политической игры (институт президентства, парла­ментаризма, многопартийность).

В-третьих, в политике появились новые специализированные роли, которые необходимо усвоить в процессе политической социализации, приобретения политического опыта и навыков политического участия.

В-четвертых, возникли новые объекты гражданской и политиче­ской идентификации (российское государство, политические партии).

Все это оказывает воздействие на процессы политической социа­лизации индивида и целого поколения.

В настоящее время в российском обществе наблюдаются две тен­денции, в борьбе которых происходит процесс политической социали­зации.

С одной стороны, существует все усиливающаяся общественная потребность в политическом развитии личности, в ее активном включе­нии в политику, в росте ее самосознания.

С другой стороны, налицо и тормозящая тенденция, проявляющаяся в разных формах отчуждения человека от государства, его институтов, от принятия политических решений.

О первой из этих тенденций свидетельствует рост активнос­ти и информированности личности о политике. Вторая тенденция на­ходит отражение в политическом отчуждении граждан, их апатии и цинизме, неверии в официальную политику.

В борьбе этих двух тенденций происходит становление новых ме­ханизмов регуляции политического поведения и конституирование нового субъекта политики: человека активного, информированного, принимающего самостоятельные и ответственные решения.

Процессы политической социализации необходимо исследовать и анализировать в контексте тех политических и социально-экономи­ческих трансформаций, которые происходят в современном россий­ском обществе.

Реформы 1992-2000 гг. в целом имели довольно бессистемный харак­тер. В экономической политике отсутствует концепция, понятная обще­ственности и поддерживаемая ею. Институциональные изменения поли­тической системы также носили несистемный характер и сопровождались острыми конфликтами. Ни политическая, ни интеллектуальная элита не смогли сформулировать четкую и ясную концепцию общественного развития, ее важнейшие цели и средства достижения. Период откровен­но либеральной политики сменялся периодом активного и подчас не­обоснованного, до конца не продуманного вмешательства государства в экономику. Борьба между фракциями экономической и политической элиты за контроль над процессами социальных трансформаций нередко выходила за рамки норм цивилизованной политики, шла с использова­нием силовых структур, а порой и откровенно криминальных.

Процессы политической социализации 1990-х годов происходили в условиях снижения основных социально-экономических показателей общественного развития и, соответственно, ухудшения социально- экономического положения большинства населения страны. Обещан­ный в начале реформ рост благосостояния всех граждан и слоев обще­ства в течение 1990-х – начале 2000-х гг. так и не наступил. Качество жизни в постсоветской России все время сравнивается с качеством жизни в социалистическом обществе, особенно это прослеживается у старших поколений. Общая динамика социально-экономических изменений не производит положи­тельного впечатления.  

Можно также констатировать, что в этот период в очень сложную ситуацию попали семья и система образования как одни из основных институтов политической социализации. Прежде всего, ко­нечно, это касается семьи, ее нестабильность, социальная незащищен­ность в целом отрицательно сказываются на процессах политической социализации. Семья в условиях кризиса и переходных процессов ока­залась во многом неготовой к выполнению функции политической соци­ализации, либо она не может адекватно выполнять эту функцию, поскольку со стороны государства в основном звучат декларативные обещания в адрес семьи, что не способствует формированию позитив­ного отношения к политике в целом и к государству в частности.

В социологическом плане можно констатировать, что на протя­жении уже нескольких поколений происходит политическая социали­зация в условиях развития относительной депривации, которая осо­бенно усилилась в исторически последний период. В результате роста относительной депривации в современном российском обществе полу­чили развитие и широкое распространение когнитивные диссонансы, явление аномии, социальные конфликты.

Когнитивные диссонансы часто были связаны с действиями или де­ятельностью правительства и государства в целом. В качестве примера на общенациональном уровне можно назвать осуществление либераль­ных реформ, дефолт 1998 г., войну в Чечне. Естественно, что диссонан­сы имели место и на региональном и местном уровнях, перекрывая и дополняя друг друга, соседствуя с общенациональными.

Аномия, в том смысле, в каком употреблял это понятие Э. Дюркгейм в работе «Самоубийство», означает ситуацию, в которой цели (ценно­стные экспектации) опережают средства, либо цели остаются постоян­ными, в то время как средства жестко ограничены. Провозглашенные социальные и политические цели не получили адекватных средств их до­стижения. Легальные законные средства достижения благосостояния в условиях перехода к рынку и развитию рыночных отношений нередко становились экономически неэффективными и социально неподдержи­ваемыми. Слабость закона, норм права, или их полное игнорирование отдельными гражданами или целыми социальными группами (крими­нальные группировки) создали благоприятную среду для развития раз­личных проявлений аномии: от разрушения социальных стандартов, управляющих социальным поведением, развития чувства неуверенно­сти, социального недоверия до роста девиантного поведения, включая преступность, суициды, наркоманию и токсикоманию.

Процессы социальной и политической трансформации вызвали к жизни новые конфликты, породили борьбу за материальные и символи­ческие ресурсы, богатство, власть, статус, престиж, столкновения инте­ресов, позиций, ценностей. Все это создало дополнительные проблемы в процессах политической социализации, особенно среди молодежи, кото­рая, не имея достаточного личностного и социального опыта, устоявшей­ся системы ценностей, все же активно включалась в конфликт, порой по­лагаясь на мнение представителей более старших и опытных поколений, интуитивно выбирая между различными социальными и политическими альтернативами, глубинный смысл которых порой осознавался позднее.

В социологическом плане сегодня сложилась достаточно инте­ресная ситуация с точки зрения взаимоотношений между различными поколениями, живущими в российском обществе, на которую своевре­менно обращают внимание российские социологи. 

В современной российской политике ведущие позиции занимают два поколения1934-1952 и 1953-1964 гг. Первое в историческом плане представляет собой поколение «оттепели». Второе — поколение «застоя». По своей численности они приблизительно равны. От харак­тера их взаимоотношений во многом будет зависеть стратегия экономи­ческого и политического развития российского общества в ближайшие десятилетия.

Таблица 10. Политико-поколенческая ситуация в россий­ском обществе к началу периода относительной стабилизации (2000 г.)*

Политическое поколение

Когорты по годам рождения

Возраст

Числен­ность, млн. чел

1. Ровесники XX в. и революций

1898-1902

98 и старше

0,03

2. Поколение 20-х и 30-х гг. (первых со­ветских людей)

1903-1918

82-97

2,2

3. Военное и послевоенное поколение

1919-1933

67-81

13,8

4. Поколение «оттепели» (60-х годов)

1934-1952

48-66

29,3

5. Поколение «застоя»

1953-1964

36-47

29,2

6. Поколение перестройки

1965-1971

29-35

13,6

7. Поколение общесистемного кризиса

1972-1980

20-28

19,0

8. Поколение относительной стабилизации

1981-1990

10-19

23,7

9. Детские когорты (здесь не рассмотрены)

1991-2000

0-9

14,7

Всего

145,5

* Источник: Головин Н. А. Теоретико-методологические основы исследова­ния политической социализации. СПб., 2004. С. 162.

Литература

1.       Головин Н. А. Теоретико-методологические основы исследова­ния политической социализации. СПб., 2004.

2.       Елисеев С.М.  Политическая социология: учебное пособие. СПб.: Издательство «Нестор-История», 2007. С. 276-296.

3.       Политическая социология: учебник / под ред. Ж.Т.Тощенко. М.: Издательство Юрайт, 2012. С.507-526.

4.       Шестопал Е. Б. Личность и политика. Краткий очерк современ­ных западных концепций политической социализации. М., 1988.

5.       Эриксон Э. Детство и общество. СПб., 1996.

К оглавлению курса

На первую страницу