© Н.А.Баранов

Баранов Н.А. Соотношение либерального и социального в идеологических предпочтениях "актуальных левых"  // "Актуальные левые" в международном и российском политическом контексте. Сб.ст. / Под ред. Л.В.Сморгунова. СПб.: Изд. С.-Петерб. ун-та, 2007. С.73-88.

Соотношение либерального и социального в идеологических предпочтениях актуальных левых 

Идеологии возникли как рациональный ответ человечества на предполагаемые преобразования в обществе. Секуляризация общественного сознания привела к появлению различных моделей государственного устройства, исходя из интересов различных социальных групп, в первую очередь наиболее сплоченных, влиятельных и целеустремленных. Таковыми в Новое время стало третье сословие, в середине XIX столетия – класс наемных работников. Теоретическое осмысление вектора государственных преобразований с точки зрения интересов рабочего класса нашло отражение в трудах К.Маркса, Ф.Энгельса, Э.Бернштейна, К.Каутского, Ф.Лассаля и некоторых других идеологов левого движения. Практическое воплощение левых идей в большевистской интерпретации продемонстрировало иллюзорность социалистических принципов, но не подорвало окончательно веру людей в светлые идеалы социальной справедливости, свободы и равенства. Изменяющийся мир постоянно вносит коррективы в создаваемые идеальные образы, адаптируя их к реальной действительности. И если теория – это идеальная модель какого-либо процесса, то конкретная реальность всегда чем-то отличается от этой модели, от того образа идеального, который формирует те­ория.

Целью данной статьи является анализ тенденций, наблюдаемых в эволюции одной из наиболее востребованных идеологий современности - социалистической, которые привели к появлению актуальных левых.

Духовная сфера деятельности человечества, к которой можно отнести идеологию, так же как и другие сферы– политическая, экономическая, социальная, культурная – изменяется, усовершенствуется в соответствии с современными требованиями, т.е. модернизируется. Без модернизации любая идеология рискует остаться невостребованной, а субъекты политического процесса, использующие ее в качестве своего знамени, потеряют поддержку общества, что приведет в конечном итоге к их маргинализации в политической жизни. Поэтому стремление преломить новые ожидания людей – материальные, социальные и т.д. – через призму идеальных образов заставляет идеологов искать новые грани исповедуемой идеологии. Задача, которая стоит перед ними, заключается, в первую очередь, в сохранении основополагающих принципов, во вторую очередь - в приспособлении их к современной действительности.

В качестве весомых причин, повлиявших на левую идеологию, следует отметить глобализацию, которая способствовала вытеснению модели социального государства неолиберально-монетаристской доктриной. Практика ее осуществления в странах Латинской Америки и Африки посредством международных финансовых организаций (МВФ, МБРР) привели к девальвации национальной валюты, приватизации экономики и снижению уровня жизни беднейших слоев населения. Распад социалистического блока на рубеже 1980-1990-х гг. способствовал аналогичным тенденциям в посткоммунистических странах: сокращению расходов на социальные нужды и образование, отказу от политики максимальной занятости, дерегулированию социальной и экономической сфер и как результат - прогрессирующей дифференциации между бедными и богатыми.

Как считают исследователи из Австрии А.Бренер и Б.Шурц, эти политические и экономические процессы вызвали новейшую поляризацию левых и неолиберальных сил в мире, так как водораздел между нелевыми и левыми, с их точки зрения, заключается в принятии или непринятии планетарного капитализма и рыночной логики: «либо вы соглашаетесь с глобализацией капитализма, либо вы ей сопротивляетесь». Эти же глобальные изменения способствовали новому самосознанию левых, которое  сильно отличается от того левого дискурса, который владел умами, например, в 1960-70-е годы, несмотря на то, что теоретическая база сегодняшних левых была заложена именно в те годы. Политические взгляды актуальных левых, по мнению Бренера и Шурц, «выпестованы тремя крупнейшими философскими движениями послевоенного периода - постмарксизмом, постструктурализмом и феминизмом».[1] К авторам нового левого дискурса  они относят Альтюссера, Лакана, Фуко, Делёза, Гваттари, Дерриду, Бурдье, Нанси, Лаку-Лабарта, Лефевра, Муффа. Современная левая идеология не представляется возможной без политической практики и в качестве яркого примера вышеназванные исследователи приводят массовую демонстрацию, состоявшуюся 26 сентября 2000 г. в Праге под лозунгами сопротивления капиталу и его экспансии, имевшую широкий отклик в международной либерально-капиталистической элите.

Другой взгляд на современное левое движение представляет отечественный исследователь, директора издательства «Ad Marginem» А.Иванов, который предлагает соотнести современную левую идеологию с политической корректностью (кстати, Демократическая партия США также исповедует идеологию поликорректности, что не равнозначно с соотнесением ее к левым политическим силам). По его мнению, проблема заключается в том, что «левый сегодня - это человек, у которого есть кредитные карточки… Левые сейчас не находятся в прямой оппозиции к буржуазности, как это было раньше. Сегодня левая составляющая является частью некоего постбуржуазного состояния. И вот эта диалектика приводит нас к пониманию того, что либеральная интуиция свободы и левая интуиция справедливости находятся сегодня в некоем единстве, причем в единстве, очень сложно структурированном».[2] Важным элементом левого сознания, который присутствует в современном консюмеристском мире – мире потребления, является толерантность, поэтому левая идея, с точки зрения А.Иванова, не является сегодня идеей, которая радикализирует ситуацию.

Разный подход в обосновании современной левой идеи свидетельствует о ее неоднородности, которая зависит от приоритетов и проблем, решаемых в тех или иных странах.

Расширение левой составляющей в политическом спектре современной России имеет объективные основания. Как отмечает Ю.Г.Коргунюк, «левее, чем сейчас, Россия была разве что в 1917 г., когда на выборах в Учредительное собрание на долю кадетов и прочих «буржуазных» партий пришлись жалкие 5%, тогда как все остальные голоса достались различным ответвлениям социалистического движения».[3] В качестве основных причин исследователи называют нерешенность социально-экономических проблем, остатки консервативного советского мышления, исторически сложившийся коллективистский характер российского общества, проблемы в становлении гражданского общества, отчужденность граждан от власти, увеличивающийся разрыв между богатыми и бедными и некоторые другие. Отечественный исследователь А.А.Галкин констатирует, что Россия, «…оказавшись в промежуточном положении между развитыми государствами и странами отстающего и догоняющего развития, … стала плацдармом, на котором переплелись наиболее острые противоречия, свойственные и тем, и другим».[4]

В то же время характерной чертой посткоммунистического реформирования России стало высвобождение частного и индивидуального после засилья гипертрофированного общего. Вполне очевидно, что данным потребностям отвечала либеральная политика, которая в свою очередь разрушила соотношение общего и частного по причине абсолютизации свободы индивида. С точки зрения Ю.А.Красина, великие идеи свободы и достоинства личности «не работают», потому что оторваны от российской реальности, и заработают лишь в совокупности с другими не менее значимыми ценностями – социальной справедливости, равенства и солидарности.[5] В современных условиях наблюдается не противостояние либерализма и социализма, а их сближение, свидетельствующее о недостаточности традиционных либеральных представлений о правах и свободах человека и гражданина для эффективной защиты интересов людей. «Без торжества либеральных идей, - отмечает председатель Конституционного Суда России В.Зорькин – не было бы государства и социального, и правового одновременно, т.е. государства, где социальные права граждан принадлежат им от рождения, а не даруются им сверху, и их перечень не зависит от монаршей воли; эти права закрепляются в конституциях и законах и гарантируются государством в силу притязаний (потребностей) гражданского общества и требований норм международного права на основе принципа справедливости и общепринятых стандартов».[6]

Потребность в социальной справедливости возникла из-за неравенства условий в политической, экономической и социально-культурной областях жизни общества, которые дополняются ошибочно просчитанными социальными последствиями принятых законов, оторванностью их от реальной социально-экономической ситуации в обществе, несогласованностью с общественным мнением, культурными традициями. Такие ошибки привели к высокому уровню бедности в нашей стране, что стало причиной проведения 5-7 марта с.г. XI Всемирного русского народного собора на тему: «Богатство и бедность: исторические вызовы России». Рассуждая о необходимости искоренения бедности, Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II предложил «построить этически ориентированную экономику и отладить систему социальной ответственности» и обратился к Церкви, государству, предпринимателям, обществу в целом с призывом «позаботиться о том, чтобы среди нас было как можно меньше бедных, униженных, отчаявшихся людей».[7]

«Представление о бедности не столько как о недостатке денег, сколько как о недостатке определенного рода возможностей – очень важная установка»,[8] - отмечает член Общественной палаты А.Чадаев. Принципы социального государства предполагают создание равных возможностей для всех членов общества, проведение социальной политики, признающей за каждым членом право на уровень жизни, необходимый для поддержания здоровья и благосостояния человека и его семьи не только, когда он работает, но также в случаях безработицы, болезни, старости, инвалидности.

В настоящее время почти четверть граждан России живут за чертой бедности, причем большая часть из них имеет постоянную работу. Валерий Зорькин отмечает, что исследователи оценивают сегодняшнее состояние России как формального социального государства на уровне первой половины 20-х гг. ХХ века.[9]

К началу XXI века в России произошло накопление, по выражению В.Н.Якимца, критической массы «несправедливых неравенств», что дало толчок развитию социалистической идее, в значительной степени эгалитарно решающей проблему неравенства. 

Высокий уровень социального неравенства приводит к преобладанию авторитарных форм правления, когда люди, разочаровавшись в навязываемых ценностях, стремятся переложить ответственность на других, особенно на власть, что в конечном итоге заканчивается потребностью в подчинении.

По мнению одного из реформаторов перестроечной волны А.Яковлева, проблема России заключается в том, что она «находится в состоянии давнего противоборства двух основных тенденций – либерализма и авторитаризма, определяющих на самом деле будущее России».[10]

Особенным для России является завы­шенные ожидания по отношению к властным структурам, обуслов­ленные во многом прошлым опытом, высокий уровень неудовлетво­ренности уровнем жизни, что оказы­вает отрицательное влияние не только на отношение к конкретным политическим силам, но и на восприятие демократических институ­тов и принципов.

С середины 1990-х гг. наблюдается улучшение отношений общества к советскому прошлому, вызванное тяжелыми последствиями реформ. Как отмечает В.Никонов, «в обществе все отчетливее проявляется стремление к консолидации, согласию, обозначению исторической преемственности».[11] Но речь скорее идет о возвращении не к советским, а к российским, добольшевистским ценностям, которые в сочетании с формирующимися современными в конечном итоге и будут определять будущее российского политического менталитета.

Однако, актуальность левой идеи объясняется не только переходным характером российского общества. Возвращение к ней в различных вариантах свидетельствует о потребности в альтернативных моделях левой идеи. Левые ценности сформировались во второй половине XIX – начале ХХ веков и отвечали реалиям своего времени. Однако, как и любые другие, они не могут оставаться неизменными ввиду постоянно изменяющихся условий жизни и для того, чтобы оставаться актуальными, вынуждены адаптироваться к объективной реальности. Так после краха социалистической системы возникла вполне очевидная потребность в поиске нового содержания ценностей, соответствующих новым условиям развития общества.

Поворот к социалистическим ценностям продиктован также невостребованностью обществом завоеванной свободы. Для посттоталитарной России необходим постепенный переход от патернализма к свободному обществу, в котором человек больше надеется на себя, в то же время, ожидая помощи от государства.

Появление среди левоориентированных политических партий «актуальных левых» продиктовано необходимостью адаптации к постсоветским условиям. Какие же дополнительные идеи могут быть востребованы обществом в силу сложившихся обстоятельств?

Общественное сознание современной России в значительной мере не принимает либерально-демократические ценности, но и не отвергает полностью их. Обстоятельством, объективно отражающим жизненные силы либерализма и соответственно понимание рядом граждан, является тот факт, что все страны, достигшие наиболее значительных результатов в своем развитии, использовали либеральные принципы и ценности в различных соотношениях с другими – консервативными, социалистическими, националистическими, патриотическими и т.д. Данный факт позволил Ф.Фукуяме высказать мысль о конце истории, в которой безраздельную победу одержал либерализм.

Несмотря на то, что многие исследователи подвергли сомнению данный вывод, остается очевидной необходимость либеральных ценностей для развития любого общества, так как без свободного индивида не могут быть в полной мере реализованы способности и возможности самого общества, без рыночной экономики невозможно максимально удовлетворить потребности человека, без правового государства гражданин не имеет возможности эффективно контролировать и сдерживать государственную власть.

Общественное мнение подтверждает такие тенденции. Так, по данным Всероссийского центра изучения общественного мнения (27-28 января 2007 г.) за последние 15 лет возросла доля граждан, положительно относящихся к понятию рынок (49% и 66%) и частная собственность (67% и 73%).[12]

В то же время идеализация либерализма приводит к игнорированию национальных особенностей, оставляет на «обочине жизни» значительные слои населения, не имеющие по субъективным причинам возможности для достижения желаемых целей. Поэтому выбор оптимального сочетания либеральных принципов с устоявшимися в обществе традициями является определяющим фактором для его поступательного развития.

Особенностью России является одновременный переход к рыночной экономике и демократии, причем реформа экономического устройства общества проводится путем принятия политических решений. Как показывает демократическая практика, именно рынок способствует развитию демократии, а не демократия – появлению рынка. Развитое рыночное общество только до определенной степени делает конкурентную демократию эффективным способом внутригосударственного согласования интересов и достижения социального мира. В отличие от западного образца, где движущим мотивом становится заинтересованность всего общества в эффективном экономическом механизме, в России рыночная экономика внедряется реформаторской элитой. В условиях трудностей с социальным обеспечением реформы не получают демократической легитимации. Если ни демократия, ни рынок не будут желаемыми для большинства населения, то, по выражению немецкого политолога К.Оффе, мы будем иметь дело с «ящиком Пандоры», полным парадоксов, перед которыми капитулирует любая «теория» перехода».[13] Чтобы демократическое развитие стало реальностью, граждане должны иметь достаточный запас терпения и оптимизма, так как они вынуждены быстро приспосабливаться к новому положению и весьма продолжительное время дожидаться позитивных результатов реформ.

Общество реагирует на возникшее противоречие непониманием такого политического явления, как «демократия». По данным Левада-Центра (январь-февраль 2007 г.) 65% граждан с трудом могут дать определение демократии и лишь 12% готовы голосовать за политические силы демократической направленности.[14] А опросы ВЦИОМ свидетельствуют о том, что всего 34% россиян высказываются за развитие демократических ценностей.[15]

Неспособность демократическими методами решить жизненные проблемы приводит к возникновению нового понимания демократии - демократии как механизма социальной справедливости. Данная идея появилась в результате осознания обществом необходимости не только политической, но и социальной демократии, добивающейся социального равенства и справедливости.

Ю.А.Красин полагает, что в нынешних условиях публичная политика по отношению к объективно обусловленному процессу дифференциации общества должна строиться на сочетании двух начал: либерального (принцип свободы личности) и коммунитарного или коллективистского (принцип равенства в социуме). Либеральная составляющая, акцентирующая внимание на свободе индивида, противостоит иждивенчеству, патернализму, властному бюрократизму, но более уязвима перед давлением эгоистического индивидуализма. Коммунитарная составляющая, сосредотачивая усилия на справедливом устройстве социума, ставит заслон эгоизму, выдвигает на первый план социальное равенство и солидарность, хотя и более подвержена «авторитарному соблазну», ограничивающему пространство индивидуальных прав и свобод.[16]

На необходимости объединения гуманного либерализма с социальной демократией  также акцентировал внимание канадец Джон Хэмфри.[17]

Для России может оказаться актуальным исследование Норберто Боббио относительно совмещения при демократическом режиме традиций либерализма и социализма.[18] Итальянский мыслитель признает, что в реальности для функционирования любого демократического режима необходима определенная доля социального равенства и справедливости. Анализируя практику демократических режимов, Боббио приходит к выводу о том, что рыночная экономика является необходимым условием демократии. Существуют недемократические общества с рыночной экономикой, но нет примеров демократий без рынка. Для эффективного функционирования демократического государства необходимо применение определенных механизмов, сглаживающих негативные эффекты рыночной экономики и дающих гражданам определенные социальные права, из которых основными, по мнению Боббио, являются право на труд, образование и здравоохранение. Без обеспечения минимальных социальных гарантий устойчивость демократического режима может оказаться под угрозой: отсутствие минимального равенства делает бессмысленными права и свободы, а неудовлетворенные требования социальной справедливости могут вызвать тенденцию к большей эгалитаризации общества.

Выход Норберто Боббио видит в совмещении при демократическом режиме традиций либерализма и социализма - либеральных свобод и социальных прав. Итальянский исследователь признает, что такое объединение, которое он называет либерал-социализмом или социал-либерализмом, является искусственным образованием и не имеет под собой четкой и непротиворечивой теоретической основы, но на практике именно оно способно придать устойчивость демократическому режиму. Принципы либерализма являются, таким образом, основой формирования демократии, а принципы социализма - основой ее устойчивости. Социализм вполне совместим с демократией, если соблюдение либеральных свобод гарантировано благодаря реализации социальных прав.

Российские политологи видят отличие социального либерализма от концепций социалистического толка в том, что социальный либерализм, в первую очередь, делает акцент не на патернализме - то есть, раздаче всякого рода социальных пособий, а на создании условий для нормальной работы, на создании привлекательных рабочих мест, позволяющих дееспособным людям обеспечивать самим себя.

Система государственного патернализма должна смениться социальным партнерством, способствующим преодолению неприязни между богатыми и бедными. Суть социального партнерства состоит в том, что усилия предпринимателей сосредотачиваются на создании эффективных рабочих мест и расширении на этой основе массовой покупательной способности населения, в результате чего растет жизненный уровень всех слоев населения. По достижениям на этом поприще формируется общественная оценка предпринимателя, определяется мера его жизненного успеха. Не менее важна и обратная связь - возросшая покупательная способность населения формирует, в свою очередь, условия для расширения производства и соответствующего роста предпринимательской активности.

Система социального партнерства предполагает также открытость элит, создание условий для вертикальной мобильности. Способной молодежи из разных слоев населения должен быть предоставлен шанс на хорошее образование и продвижение по социальной лестнице. Общество, в свою очередь, заинтересовано в том, чтобы элита не была закрытой кастой, а постоянно обновлялась за счет талантливых представителей всех слоев населения. Высокая эффективность предпринимательской и трудовой активности позволяет обеспечить достойный уровень жизни людей, которые без их собственной вины (старость, болезни, увечья, сиротство и т. д.) не могут принимать активного участия в процессе общественного производства. Спецификой России является включение в эту группу также и бюджетников.

Реализация системы социального либерализма требует активного участия всего общества и государства. Социально-либеральной модели, по мнению председателя правления Фонда «Территория будущего» А.Погорельского, «соответствует компактное, дешевое и эффективно работающее государство, постоянно снижающее налоговое бремя, обеспечивающее свободную конкуренцию, ведущую борьбу с любого рода привилегиями и монополизмом».[19] Ведущие функции государства в обществе социального либерализма — это контроль за соблюдением законности, защита от внешней угрозы, в том числе от мирового терроризма, проведение общей экономической, кредитной, налоговой политики, контроль за секторами экономики, где условия свободной конкуренции неосуществимы. Ответственность за качество жизни на местах перекладывается на элиту нижнего уровня - конкретного района, города, поселения.

Российский ученый Б.Капустин характеризует социал-либерализм как «ветвь либерализма, которая понимает социальную обусловленность свободы».[20] Данный тезис основывается на необходимости развивать способность человека к свободе и потребность в предоставлении равных социальных условий для всех граждан.

Исторически существенная разница между социалистическим движением и социал-либерализмом заключалась в том, что классическая социал-демократия ассоциировала себя с рабочим движением, считая интересы рабочего класса интересами всего общества. У социал-либерализма, по выражению Б.Капустина, «было общегуманистическое отношение к рабочему классу как к классу людей, страдающих в реальных экономических, политических, культурных условиях, а с другой стороны, бросающих вызов культурному состоянию общества».[21]

В российском политическом и экспертном сообществах сложилось свое толкование понятия «социальный либерализм». Важнейшей его чертой является противопоставление либерализму реформаторов начала девяностых годов двадцатого столетия. Либерализм реформаторов свелся к ограничению вмешательства государства в экономику и был подменен социальным дарвинизмом. Безуспешными оказались попытки преодолеть главное наследие тоталитаризма — атомизацию общества, которую невозможно заменить или компенсировать консолидацией вокруг власти.

Переход в развитии общественных настроений от социал-дарвинизма к социальному либерализму продиктован пониманием того, что личная свобода нуждается в общественных гарантиях, причем не только в государственно-правовых, но в и гарантиях, достигнутых в результате общественной договоренности граждан между собой и граждан с властью.

Для перехода российского общества от постоталитарной к социальной либеральной модели очень важно, чтобы идеи и ценности социального либерализма постепенно превращались в модели массового социального поведения. Социальность либерализма, как пишет А.Левкин, «состоит не в создании каких-то user friendly обстоятельств для жителей государства, но в обеспечении таких отношений в рамках действия либеральной модели, с тем, чтобы эта модель не отторгалась социумом».[22]

По утверждению М.Делягина, «в сознании россиян уже произошел синтез разнородных либеральных и «государственнических» идей. Результат этого синтеза на общественно-политическом поле можно окрестить «социальным» либерализмом: он дополняет либеральные идеалы личной свободы признанием необходимости социальной ответственности и важности минимально необходимого государственного регулирования как стержня рыночных отношений».[23]

Социальный либерализм акцентирует внимание на человеке и обществе, и, по мнению Д.Шушарина, представляет собой технологию «возвращения личности, обществу и государству субъектности, совместное преодоление власти безличных и надличностных обстоятельств, бессилия перед социальной и политической стихией».[24] То есть, социальный либерализм подразумевает консенсус не относительно идейных клише, а относительно форм жизни и принципов отношений между индивидуумом, обществом и государством. В качестве первоочередных задач в российских условиях исследователи выделяют формирование гражданского общества и политическую артикуляцию гражданского общества.

На данное противоречие, которое становится все более очевидным, акцентируют внимание актуальные левые, связывая его с несоответствием развития свободных общественных объединений, свободной экономики, свободных людей и государственных институтов.

В качестве потенциального резерва социального либерализма следует выделить экономику, основанную на новейших информационных технологиях. Такая экономика формирует совершенно нового работника - человека высокоинтеллектуального творческого труда. Успешно создавать и осваивать новые технологии могут, прежде всего, люди свободные, не стесненные тоталитарным прессом, не подавленные страхом, имеющие доступ к разнородным источникам информации по всему миру.

Для перехода российского общества от посттоталитарной к социальной либеральной модели очень важно, чтобы идеи и ценности социального либерализма постепенно становились моделями массового социального поведения.

По мнению 20% респондентов, наиболее подходящей для России является шведская модель социализма, где экономика построена по капиталистическому принципу, а социальная сфера - по социалистическому. Причем чем выше уровень образования респондентов, тем больше они предпочитают шведский вариант социализма советскому (по данным позициям высказались соответственно 29% и 7% респондентов с высшим образованием).[25]

Для современной российской политической практики является также актуальной работа видного деятеля итальянского социалистического движения Карло Россели – автора книги «Либеральный социализм», написанной в конце 1920-х гг. Необходимость обратиться к произведению итальянского исследователя, по мнению Б.Славина, заставляет, с одной стороны, «неэффективность бюрократического социализма и соответствующего ему догматического марксизма, с другой – полная неэффективность либеральной политики…».[26]

К.Россели стремился соединить либеральную идею свободы, определяемую как активность и самодеятельность человеческой личности, с идеей справедливости и социализмом. Он рассматривал либерализм, прежде всего экономический, в качестве причины возникновения социализма, и отмечал, что в результате пройденного пути позиции, первоначально антагонистические, постепенно сближаются: либерализм все больше включается в общественные проблемы, а социализм избавляется от утопизма и становится восприимчив к проблемам свободы и самостоятельности. «Эти два возвышенных, но односторонних видения мира движутся по пути взаимопроникновения и взаимодополнения»,[27] что выражается в формуле: если либерализм должен стать воплощением борьбы пролетариата, то социализм - либеральным. Следовательно, и либерализм, и социализм со временем наполняются новым содержанием.

Экономическое развитие государств, по мнению итальянского политика и исследователя, влияет на характер деятельности социалистов. Если в прошлом эта деятельность носила преимущественно экономический характер, связанный с нищенским положением рабочего класса и изнуряющим характером труда, то с развитием производства и улучшением положения трудящихся на первом плане оказались проблемы культуры, морали и политики. Причем, по убеждению Россели, решение данных проблем способно качественно улучшить не только материальную жизнь рабочего, но и освободить его от духовного и нравственного рабства.

В качестве основных практических ориентиров Россели выделяет следующие:

­       защита демократических институтов и самоуправления;

­       полное обновление социалистической идеологии в духе лейбористско-либерального мировоззрения;

­       отказ от классовой культуры,  так как по его убеждению можно иметь классовое влияние на искусство, но не классовое искусство;

­       признание интеллектуальной терпимости и отказ от господства какой-либо одной философской школы;

­       преодоление пренебрежением ценностями национальной жизни и отказ от абсолютизации интернационализма;

­       сосуществование наряду с экономикой капиталистического типа кооперативных, коллективных, индивидуальных и других типов собственности;

­       отказ от подмены всего народа только его частью, например, рабочим классом;

­       стремление социалистов, пришедших к власти, править не для себя, а для всех. [28]

Как отмечает Б.Славин, ценность концепции либерального социализма Россели заключается в попытке показать как устаревшие, так и жизнеспособные стороны социализма и либерализма, в желании дать им современное прочтение»,[29] что, в конечном счете, отвечает потребностям современного левого движения.

Идеи социального либерализма и либерального социализма становятся актуальными для российского общества, которое вышло из тоталитарного прошлого, познало вкус свободы, но не порвало окончательно с патерналистскими ожиданиями.

Российские политические партии следят за идеологическими предпочтениями граждан и соответствующим образом на них реагируют. Популярность левых идей приводит к сближению позиций политических партий по принципиальным вопросам, к использованию социалистической риторики в программных заявлениях правых. Вопросы социальной справедливости находят достойное место в политических программах всех партий.

В то же время политические партии воспринимают либеральные ценности, зачастую громогласно не признавая их, но, не игнорируя в своих программах. Рынок, собственность, свобода и права человека отражены во всех программных документах, в которых нет отказа от строительства капитализма. В Манифесте политической партии «Справедливая Россия» содержится лишь следующая декларация: «Мы не хотим строить в России дикий капитализм!»[30]

То есть ценности социализма и либерализма на современном этапе развития общества превалируют. Следовательно, вектор развития партий направлен на отражение и реализацию тех ценностей, которые в данный период востребованы, что приводит к созданию универсальных политических партий.

Идеология актуальных левых, по мнению автора, соответствует в большей степени либеральному социализму, так как за основу все же берутся социалистические ценности, которые дополняются либеральным содержанием, а не наоборот. Так, претендующая на роль «актуальных левых» партия «Справедливая Россия» в своей политической платформе акцентирует внимание на следующих ценностях:

­   Социальная справедливость - уверенность каждого гражданина и человека в будущем. Партия считает справедливым общество, в котором нет пропасти между богатыми и бедными, где человек социально защищен, а также существует справедливое соотношение прав и обязанностей, труда и вознаграждения, заслуг людей и их общественного признания.

­   Равные для всех права и свободы. Человек должен быть защищен от насилия и унижений, опасностей и оскорблений, обмана и произвола власти, иметь свободу политического выбора.

­   Солидарность поколений. Партия стремится к справедливому распределению доходов и расходов общества между поколениями, чтобы молодежь могла рассчитывать на помощь в начале жизненного пути, а пожилые люди имели обеспеченную старость.

­   Социальная безопасность, заключающаяся в уверенности каждого человека в том, что у него будет работа, возможность получить образование, обеспечить свою семью, воспитать здоровых детей и внуков.

­   Благополучие семьи. Укрепление института семьи провозглашается последовательной и консолидирующей стратегией российской нации.

­   Патриотизм. Любовь к своей стране и гордость за свой народ. Россия - многонациональное и поликонфессиональное государство, поэтому вековая общность судьбы ее народов и многообразие культур является нашим конкурентным преимуществом.

­   Ответственность государства за благополучие своих граждан и ответственность граждан за эффективность своего государства.

­   Демократия участия, заключающаяся в поддержке массового демократического движения, свободного предпринимательства, общественных и профессиональных инициатив.[31]

В одном из телевизионных интервью лидер партии С.М.Миронов, дистанцируя «Справедливую Россию» от КПРФ, заявил о том, что «коммунисты пытаются идти вперед с головой, повернутой назад», то есть без учета вполне очевидных современных ценностей, которые восприняты большинством российских граждан. На эту же тенденцию указывает и Б.Славин, заявляя, что существенным недостатком левых в России являются «традиционализм, инертность и отсутствие конкретных дел и поступков в деле защиты и освобождения трудящихся».[32]

Можно предположить, что актуальные левые – это модернизированные левые, воспринимающие как либеральные ценности, так и демократические. В отличие от западноориентированного левого либерализма, характерного для развитого демократического общества, акутальные левые полагают, что «свобода и демократия должны опираться не только на общие стандарты гражданского права, но и на национальные традиции, на потенциал русской культуры».[33]

В программе политической партии «Справедливая Россия» в качестве цели заявляется «построение в России сильного социально ориентированного справедливого государства».[34] Современное государство может быть сильным, только развивая рыночную экономику, и в данном контексте можно согласиться с Ю.Г.Коргунюком в том, что «левое общество - это расслабленное общество. Оно не способно ни на что, кроме как плыть по течению и проедать накопленные запасы».[35]  Это хорошо понимают актуальные левые, что сближает их идеологические позиции с либеральными.

Как мы видим, без либеральных ценностей не обходится современная социалистическая идея. Либеральная свобода, дополненная рузвельтовским (32-ой президент США) пониманием свободы, как свободы от нужды, от страха, от унижения, органично воспринимается современным обществом, что является убедительным поводом для левых включить ее в свой ассортимент ценностей. Россия, как и любая цивилизованная страна не может также отказаться от таких норм демократии, которые связаны с либерализмом – права человека, частная собственность, толерантность, уважение достоинства личности, соблюдение законов.

Для современных левых актуально положение, в соответствии с которым необходимо постоянно пересматривать свою позицию и руководствоваться не созерцанием прошлого или будущего, а адекватно реагировать на вызовы современности в соответствии со своими идеологическими ориентирами и свободной волей.

В период «холодной войны» Франц-Йозеф Штраус высказал следующую мысль: «попытаться преобразовать социалистическую систему в либеральное общество с плюрализмом и рыночной экономикой равносильно поджарить на огне снежки».[36] Актуальные левые не преобразуют разрушенную социалистическую систему, а пытаются, не отвергая воспринятые обществом либеральные ценности, дополнить их социальным  и национально-ориентированным содержанием, таким образом, гуманизируя либерализм, реанимируя принцип социальной справедливости в его новом, актуальном для современной России, содержании.

 

[1] Бренер А., Шурц Б. Маленькое письмо о большой «левой идее». // Логос. 2001. №1. http://www.ruthenia.ru/logos/number/2001_1/2001_1_11.htm

[2] Философия, консюмеризм и левая идея // Логос. 2000. №3. http://www.ruthenia.ru/logos/number/2000_3/01.htm

[3] Коргунюк Ю.Г. Бесконечно долгий левый дрейф. Российская партийная система зимой 2006/2007 г. // Полития. Зима 2006-2007. №4 (43). С.158.

[4] В поисках альтернативы: судьба левой идеи в изменившемся мире // Полития. 2006. №1. С.108.

[5] Красин Ю.А. Публичная политика: либеральная и коммунитарная составляющие // Дифференциация российского общества в зеркале публичной политики. Под ред. Ю.А.Красина. М., 2004.  С.13.

[6] Зорькин В. Стандарт справедливости // Российская газета. 2007. 8 июня. С.13.

[7] Слово Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II при открытии XI Всемирного Русского Народного Собора // URL: http://www.vrns.ru/11_vrns/11_vrns_patriarh.htm

[8] Чадаев А. Путин. Его идеология. М., 2006. С.96.

[9] Зорькин В. Стандарт справедливости // Российская газета. 2007. 8 июня. С.13.

[10] Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.8.

[11] Никонов В. Российское и советское в массовом сознании // Современная российская политика: Курс лекций. / Под ред. В.Никонова. М., 2003. С.184.

[12] Русская национальная идея: частная собственность национальный суверенитет. Пресс-выпуск № 626 // URL: http://wciom.ru/arkhiv/tematicheskii-arkhiv/item/single/3972.html

[13] Оффе К. Дилемма одновременности: демократизация и рыночная экономика в Восточной Европе // Повороты истории. Постсоциалистические трансформации глазами немецких исследователей: В 2 т. Т.2: Постсоциалистические трансформации в сравнительной перспективе. СПб., М., Берлин, 2003. С.15.

[14] Социально-политическая ситуация в России в январе-феврале 2007 года // URL: http://levada.ru/press/2007030702.html

[15] Союзники правых сил // URL: http://wciom.ru/arkhiv/tematicheskii-arkhiv/item/single/4209.html

[16] Красин Ю.А. Публичная политика: либеральная и коммунитарная составляющие // Дифференциация российского общества в зеркале публичной политики. Под ред. Ю.А.Красина. М., 2004.  С.14.

[17] Humphrey John, Human Rights and the United Nations: A Great Adventure. N.Y., 1984. P.39.

[18] On Norberto Bobbio`s theory of democracy // Polit. Theory. Newbury Park etc., 1997. Vol. 15. №3. P.377-400.

[19] Погорельский А. Социальный либерализм: перспективы в России // Логос. 2004. №6. С.56-57.

[20] Капустин Б. К вопросу о социальном либерализме // Логос. 2004. № 6. С.72.

[21] Капустин Б. К вопросу о социальном либерализме // Логос. 2004. № 6. С.74.

[22] Левкин А. Либерализм без либералов // Логос. 2004. №6. С.83.

[23] Цит. по: Шушарин Д. Социальный либерализм как идентификационно-коммуникативная проблема // Логос. 2004. №6. С.66.

[24] Шушарин Д. Социальный либерализм как идентификационно-коммуникативная проблема // Логос. 2004. №6. С.61.

[25] Социализм в России: возможен ли он? И нужен ли? Пресс-выпуск № 656. // URL: http://wciom.ru/arkhiv/tematicheskii-arkhiv/item/single/4243.html

[26] Славин Б. «Либеральный социализм» Россели и современность // Свободная мысль. 2007. №5. С.167.

[27] Россели К. Либеральный социализм. Б/м.: Mondo operaio, 1989. С.17-18.

[28] Россели К. Либеральный социализм. Б/м.: Mondo operaio, 1989. С.130-178.

[29] Славин Б. «Либеральный социализм» Россели и современность // Свободная мысль. 2007. №5. С.173.

[30] Манифест. Официальный сайт политической партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: РОДИНА / ПЕНСИОНЕРЫ / ЖИЗНЬ" // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_368/

[31] Политическая платформа партии. Официальный сайт политической партии «Справедливая Россия: Родина, Пенсионеры, Жизнь» // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_599/

[32] Славин Б. «Либеральный социализм» Россели и современность // Свободная мысль. 2007. №5. С.181.

[33] Программа партии. Официальный сайт политической партии «Справедливая Россия: Родина, Пенсионеры, Жизнь» // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_371/

[34] Программа партии. Официальный сайт политической партии «Справедливая Россия: Родина, Пенсионеры, Жизнь» // URL: http://www.spravedlivo.ru/about/documents/section_371/

[35] Коргунюк Ю.Г. Бесконечно долгий левый дрейф. Российская партийная система зимой 2006/2007 г. // Полития. Зима 2006-2007. №4 (43). С.160.

[36]  Цит. по: Рормозер Г., Френкин А.А. Новый консерватизм: вызов для России. М., 1996. С.28.

К другим статьям

На первую страницу